«Мне интереснее сочинять треки, а не считать подписчиков». Стереополина о музыке, стихах и восьмидесятых

Стереополина — проект 25-летней Карины Абдулкаюмовой из Казани, который сейчас активно набирает аудиторию. Яркое синти-поп звучание девушка выразила в дебютном альбоме 2018 года «Сумеречная зона», а в 2020‑м записала альбом «Институт культуры и отдыха» и сняла клип на трек «Последнее свидание». Мы поговорили с молодой исполнительницей о том, как она начала заниматься музыкой и почему остановилась на электронном звучании из 80‑х.

Ты уже начала чувствовать популярность? И как ты вообще относишься к показателям и цифрам — мониторишь количество прослушиваний, подписчиков, лайков?

Популярность не чувствую. Да и какая популярность может быть у независимого артиста без менеджера и вливания денег в рекламу. 

Показатели мониторю вместе с режиссёром. Клип вышел 21 октября, и сейчас там 8100 просмотров (на момент публикации интервью уже почти 10 тысяч. — Прим. ред). Думаю, это нормальный результат, учитывая, что я так и не запустила рекламу на ютубе — у меня всё руки до этого не доходят, потому что я много работаю. Поэтому все эти просмотры набираются благодаря поддержке моих друзей, знакомых и СМИ. 

Ну и ещё там хорошее соотношение лайков и дизлайков, это приятно — 670 лайков и 3 диза. А если оценивать прирост подписчиков, то клип пока принёс мне во «ВКонтакте» более 200 новых подписчиков, в Instagram* примерно столько же, на Youtube человек 100. 

Вообще я такой себе аналитик, когда дело касается продвижения своей музыки. Мне интереснее сочинять треки, а не подписчиков считать. Мечтаю, чтобы кто-нибудь вместо меня следил за приростом слушателей.

Как у тебя всё началось с музыкой?

— Я петь начала, наверное, раньше, чем говорить. Постоянно подпевала песням по радио. Поэтому в шесть лет меня отдали в музыкалку на вокал. Но там я увидела, как моя учительница играет на фортепиано, и загорелась идеей самой играть на нём. Каждый раз, когда преподавательница выходила из кабинета, я садилась играть. Она это заметила и рассказала моим родителям, после чего они отдали меня ещё и на фортепиано.

В этой же музыкалке у нас был эстрадно-джазовый отдел. В прямом смысле слова это была «каморка, что за актовым залом». Заведовал ею учитель гитары Дамир. И в 12 лет я влилась в местную рокерскую тусовку. А у Дамира была своя рок-группа ещё с 90‑х. В 14 лет он меня взял к себе в эту группу бас-гитаристом, научил играть, и несколько лет мы стабильно каждые выходные выступали в клубах Казани. В основном это были метал-сейшены, а сами мы играли фолк-метал, треш-метал. Я сама не слушала такую музыку, но мне очень нравилось её играть. И в целом атмосфера концертов мне нравилась.

Я хорошо разбираюсь и в рок-музыке, и в синти-попе — в данном случае одно другому не мешает.

Обучение вокалу шло параллельно с музыкалкой? А когда ты начала писать стихи? 

— Я не умею петь и ругаю себя за то, что до сих пор не начала заниматься вокалом. До «Стереополины» я вообще не пела. Стихи — это тоже мой первый опыт, я сама от себя не ожидала, что могу, оказывается, это делать. 

Начинающие артисты на первую запись часто возлагают большие надежды: «Вот сейчас как запишу, опубликую, и пойдут слушатели». У тебя было такое? С чем вообще связано желание выпустить полноценный первый релиз?

— Свой первый EP из четырёх каверов я написала от скуки, когда только переехала в Санкт-Петербург, в феврале 2018 года. Я тогда только искала работу, так что было много свободного времени. Никаких надежд не возлагала — опубликовала его просто по приколу и думала, что только друзья его послушают. А получилось, что послушали и люди, которых я вообще не знаю. 

Сейчас мне смешно переслушивать те треки, а многие просят вернуться к тому первоначальному звучанию. А я даже не помню, как его нарулила, это был мой первый опыт в написании, я тыкалась интуитивно.

Чем занимаешься в Питере, где работаешь? Влилась в местную музыкальную тусовку?

— Больше двух лет проработала музыкальным редактором, сейчас работаю smm-менеджером. В местную музыкальную тусовку влилась нормально, тут все очень приветливые и рады новым знакомствам.

А на музыке зарабатываешь?

— Зарабатываю, но не так, что можно было бы уйти с работы.

Почему синти-поп? Тема 80‑х сейчас в целом довольно актуальна не только в музыке, ты из этих соображений присоединилась к жанру? Или просто заманил флёр романтики той эпохи? 

— Я не специально начала писать синти-поп, свой звук искала два года. А то, что он получается у меня с налётом восьмидесятых, — тоже случайно вышло, но, конечно, не обошлось без влияния немецкой новой волны 80‑х и советской новой волны. Я не могу назвать себя фанатом восьмидесятых, наверное, просто испытываю симпатию. Но мой плейлист на 80% состоит из музыки той эпохи, даже если дело касается пост-панк-групп.

Кого можно найти в этом плейлисте? На каких исполнителей ориентируешься? 

— Назову Super Girl and Romantic Boys, они мне очень близки по темпу и настроению. А постоянно я слушаю много кого — новую волну по типу Gang of Four, советскую волну — «Биоконструктор», «Странные игры», всяческий EBM (музыка с электронной основой. — Прим. ред), дарквейв и готик-рок прошлого века. А «Химера», «Соломенные еноты», «Аукцыон», «Петля Нестерова» — это мои любимые группы.

Но! Я не такая зануда, как может показаться, я внимательно слежу за русской сценой. Из последнего, что мне очень понравилось, — это DenDerty, «Шыша», «Ушко».

А про тексты — в одном интервью ты говорила, что они даются тебе сложнее, чем музыка. Получается, сначала пишешь минус, потом слова? 

— Да, именно так. Сначала минусовку пишу, потом текст. Текст может прийти сразу, а может через полгода. Очень тяжело они идут у меня, иногда просто не знаю, о чём говорить. Вообще я бы с удовольствием писала только музыку.

Ты сама занимаешься своей музыкой от и до. Почему? Не было мыслей обратиться к кому-то за помощью?

Я отучилась пять лет на звукорежиссуре в Казанском государственном институте культуры и не хочу привлекать сторонних звукорежиссёров. К тому же у меня был неудачный опыт — звукари делали не так, как я им объясняла. Не хочу никого допускать к своей музыке, пока ещё не встретила человека, который реально бы помог улучшить мои песни. Насколько адекватно себя оцениваю — не знаю. При прослушивании пытаюсь это делать максимально объективно, отстраняясь всеми силами. Вроде получается.

Долго работаешь над одним треком? Есть примеры, когда забрасывала работу и трек теперь где-то в небытии? 

— Бывает, за день трек целиком готов, а бывает, на одну работу уходит много месяцев. Например, минусовка песни «Улетаю я» изначально писалась для фита с Никитой Соколовым из группы «Влажность». Но он тогда выбрал другую минусовку, и моя осталась ждать своего часа. Через года полтора я её предложила группе «Розовый Рап», и Оля (участница группы. — Прим. ред.) написала на неё текст, спела, а я уже досвела.

У меня очень много заброшенных демок, которые уже никогда не выйдут, потому что не вписываются в рамки «Стереополины».

Какие ближайшие планы на музыку? 

— В ближайших планах начать писать EP и снимать клип на «Солнечного мальчика». Также намечаются концерты в Москве и Самаре в этом году, но с этой пандемией пока всё неточно.

*Деятельность Meta Platforms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Facebook и Instagram запрещена на территории РФ.