Три года назад Ира подобрала на белградской улице пугливого кота. А сегодня девушка вместе с ещё тремя сооснователями возглавляет проект помощи бездомным животным, в котором работают больше 70 волонтёров. PurrMačka — это и центр пристройства уличных кошек, и коворкинг, и крутое сообщество заинтересованных людей одновременно. И создали всё это эмигрантки из России. Редакторка «Горящей избы» Даша Полещикова поговорила с командой о том, как из желания спасти одного кота выросла целая организация и зачем всё это людям, которые сами недавно потеряли опору.
Центр спрятался во дворе, но найти его несложно: на подоконнике огромного окна уютно устроились сразу несколько котов разного размера. Посетители коворкинга проходят через коридор с двойными дверями, чтобы даже самые непоседливые котята не смогли случайно выбежать наружу. В тамбуре нужно снять уличную обувь и разуться. Потом тщательно вымыть руки в ванной комнате. Только после этого вас допустят к животным.
Посетителей коворкинга встречают коты. Фото из архива PurrMačka
В помещении уютно и очень чисто. Никакого неприятного запаха, хотя тут же стоит несколько лотков. Посетители могут поиграть с кошками или заняться своими делами за одним из столов. Хотя как тут работать, неясно: постоянно отвлекаешься на пушистых обитателей.
Главные здесь — животные. Фото из архива PurrMačka
Обычно гостей пускают только в общую зону, но мне проводят экскурсию по всем помещениям. Уставшие от общения коты могут спуститься на нижний этаж, там лазилки, лежанки и даже диван. За одной из дверей хранятся запасы еды, салфеток, мисок и всего необходимого. За другой — карантинный бокс для новеньких и больных животных.
Котёнок Бейгл пока живёт в карантинном боксе. Фото Дарьи Полещиковой
Сейчас на карантине два котёнка. Девочка по кличке Бейгл ждёт последнюю дозу вакцины от распространённых кошачьих инфекций. Только после этого её выпустят в общую зону. Второй малыш по кличке Полака будет жить в боксе, пока не найдёт постоянный дом. У котёнка , вирус лейкемии кошек. Для людей он безопасен, но заразен для других животных. Поэтому котёнку нужна семья, где он будет единственным питомцем.
Отгороженное сеткой пространство помогает новеньким животным лучше адаптироваться. Фото Дарьи Полещиковой
Там же внизу есть «тюрьма» — так волонтёры с иронией называют угол с игровым комплексом, огороженный сеткой. Туда отправляются новенькие здоровые коты после карантина, чтобы познакомиться с жителями общего пространства. Так животные меньше дерутся, потому что могут обнюхать друг друга и постепенно привыкнуть.
«Мы жили в однокомнатной квартире без дверей и не могли взять второго кота»
Я приехала из России в Сербию в ноябре 2022 года. Привезла с собой котёнка Дзидзи, ему было пять месяцев. И в какой-то момент на улице, прямо рядом с домом, встретила другого, очень пугливого кота. Он всего боялся, но при этом почему-то за мной бегал, постоянно подходил поближе. Сначала я подумала, что он самовыгульный и у кого-то во дворе живёт. А потом поняла, что он на самом деле бездомный, спит в подвале. Я начала его подкармливать. Он зеленоглазый, поэтому я дала ему кличку Такси. Я выходила его кормить, вставала во дворе и кричала куда-то в окно подвала: «Такси! Такси!» Наверное, со стороны было смешно.
Потом кот заболел. Я его носила в ветеринарку и давала таблетки на улице, потому что мой муж был не готов заводить второе животное. Мы жили в однокомнатной квартире без дверей, было не очень понятно, как в таком положении брать ещё одного кота. Но терапия не работала, я переживала за Такси и всё же решилась забрать его к себе.
Пока я лечила Такси, познакомилась с двумя сербскими зооволонтёрками. Одна из них уже не первый год подкармливала ещё одного кота — Бадди. Он очень плохо выглядел, слюни висели до пола. А я не могла его взять себе, да и денег на лечение не было.
Я нашла местный чат любителей животных. Мне посоветовали завести отдельный канал, где я бы собирала средства на передержку и лечение. Несмотря на все мои усилия, Бадди в итоге умер. Но деньги, которые пожертвовали на его спасение, остались. Я решила, что буду помогать сербским волонтёркам: потрачу собранное на какого-нибудь следующего кота. Естественно, долго ждать его не пришлось.
Дальше пошло по кругу. Ира одновременно курировала несколько котов: искала передержки, собирала средства на лечение, возила животных к ветеринару и старалась пристроить в постоянные семьи. Канал всё это время носил имя того самого Бадди. Но постепенно стало понятно, что проект перерос эту историю и ему нужно собственное имя. Так родилась PurrMačka — гибрид двух иностранных слов. По-английски purr — звук мурлыканья. По-сербски mačka — «кошка».
Постепенно проект разросся и превратился в центр помощи домашним животным. Интересно, что команда не называет его «приютом для кошек». На взгляд создателей, это слово тянет за собой ассоциации с грязью, теснотой и безнадёжностью. Девушки не хотят этого. Поэтому PurrMačka — центр по пристройству кошек, откуда животных забирают домой.
В общем пространстве коты любят спать вместе. Фото из архива PurrMačka
«Я подумала: если хоть кому-то могу помочь — помогу»
PurrMačka существует уже три года. За это время свой дом с уютным диваном нашли больше 250 котов и несколько собак. Рекорд был поставлен в мае 2026 года — за месяц из центра забрали 25 животных.
Я росла с животными. Когда начала жить отдельно от родителей, поняла, что очень хочу свою собаку. Завела её, потом — мужа. Затем мы эмигрировали и оказались в местах, где очень много бездомных животных.
До Сербии мы чуть больше года прожили в Батуми, и там ситуация с бродячими кошками и собаками ужасающая. Это было настолько впечатляюще в плохом смысле слова, что я подумала: если хоть кому-то я могу помочь — помогу. Там мы нашли дом трём собакам.
Когда мы собрались в Сербию, нам в подъезд подкинули трёхнедельного котёнка. Пристроить его мы не смогли, и он уехал с нами. Мы только заселились в квартиру, и буквально недели через три, в декабре, я около магазина в своём районе нашла кошку. Она была очень напугана: металась от остановки до магазина, мяукала и как будто пыталась кого-то найти. Я подумала, что она потерялась. Либо её выкинули — привезли куда-то и оставили.
Я пошла за помощью в местный чат, где и познакомилась с Ирой. Она подсказала, как поступить, и пообещала взять кошку под опеку, если будет ресурс. Но у меня уже был опыт пристройства, и я смогла найти ей дом за неделю. Ира удивилась, как быстро у меня это получилось, и позвала работать вместе.
Я хотела как-то помочь, но волонтёрить тогда была не готова — я только приехала, в голове хаос. Зато у меня была квартира с дверьми. И я подумала: а почему бы не брать животных на передержку? Так и начала помогать.
Сначала у девушек не было собственного пространства. Найденных котов пристраивали по платным и бесплатным передержкам, лечили и искали животным постоянный дом. Но быстро стало понятно, что без помещения не обойтись.
Ира пробовала сотрудничать с котокафе. Схема казалась логичной: посетители заведения могли стать будущими хозяевами спасённых животных. Ира привела в развивающееся котокафе волонтёров и вложила деньги: к тому моменту у неё в соцсетях уже собралась аудитория, которая регулярно жертвовала средства на помощь кошкам. Однако сотрудничество пришлось прервать, потому что хозяйка заведения содержала животных в плохих условиях.
Потом Ира обратилась в крупную местную организацию помощи животным. Руководитель приюта был готов сотрудничать и даже обещал собственные помещения для питомцев. Ира, Сима и другие волонтёры наладили процесс пристройства котят — до этого из приюта почти никого не забирали.
Некоторых особенно дружных животных волонёры стараются пристроить в одну семью. Фото из архива PurrMačka
Но и это взаимодействие было кратковременным. В приюте недостаточно качественно соблюдали карантинные меры, и в результате заразили нескольких здоровых котят герпесвирусом. Последней каплей стала смерть одного из подопечных проекта. Работники приюта приходили кормить животных только раз в сутки и не заметили, что коту плохо. В результате спасти животное не удалось.
Благодаря этому опыту Ира и Сима поняли: теперь они будут внимательнее следить за здоровьем котов. А для этого нужно своё помещение с карантинными боксами. Также необходимо брать повторные анализы на инфекции. А волонтёры должны приходить к животным дважды — утром и вечером.
«Мы до этого благотворительностью вообще никогда не занимались»
Девушки сняли помещение и начали обустраивать его. Появилась идея сделать пространство для кошек и коворкинг одновременно. В этот период к проекту присоединились Маруся и Митя.
Рождество, мы с Митей идём по улице, он грустный. Оказывается, он увидел пост в соцсетях: какой-то приют закрывается, и всех животных выгоняют на улицу. Позже я узнала, что это было то самое котокафе, с которым прекратили сотрудничество Ира и Сима.
Мы не смогли пройти мимо и поехали туда прямо 31 декабря, с подарками — привезли еды и других нужных вещей. Условия были не очень хорошие. Выходим и понимаем: котов надо спасать. Около десяти животных нужно срочно пристроить за два месяца — именно столько осталось до закрытия проекта.
Мы до этого благотворительностью вообще никогда не занимались. Но Митю почему-то очень задела эта история. Он, вообще-то, равнодушен к котам — никогда не хотел завести их, чтобы с ними играть и целовать их. Но и не хочет, чтобы животные страдали.
И мы начали думать, что вообще с этим делать. Так мы нашли информацию про Иру и PurrMačka. И пошли знакомиться. Правда, сначала прошли инициацию — сами пристроили этих котов из кафе.
Митя и Маруся не только стали работать в PurrMačka сами, но и вложили крупную сумму денег в ремонт помещения и организацию карантинных боксов. В итоге Митя стал сооснователем проекта.
«Недавно от нас ушла волонтёрка с формулировкой, что у нас всё слишком хорошо»
Сначала в PurrMačka не было никакой структуры. Все отвечали за всё: кто повезёт кота к врачу, какую краску для стен выбрать, когда назначить встречу с желающими взять себе кота. «Ты идёшь всех опросить — Марусю, Митю, Иру — и так по каждому вопросу. Это выматывало», — вспоминает Сима. Зато члены команды синхронизировались и лучше узнали друг друга. Стало понятно, у кого какие принципы и кому что не подходит.
Структурность в проект привнесли Митя с Марусей. Они называют PurrMačka благотворительным стартапом и вложили много сил в разделение зон ответственности и организацию процессов. Сейчас в центре четыре основных направления работы. Митя отвечает за фандрайзинг и работу сайта. Маруся — за дизайн и контент для соцсетей. На Ире лежит основное управление ресурсами. А Сима занимается здоровьем и пристройством котов. Животных не отдают в новый дом по первому запросу. Сначала потенциальные хозяева должны заполнить анкету и пройти собеседование. Для волонтёров это гарантия, что к питомцу будут относиться с любовью и ответственностью.
Некоторые животные живут не в общем пространстве, а на передержках. Фото из архива PurrMačka
При этом никто не занят в PurrMačka полный день — у ребят есть основная работа и другие обязанности. Всё делается в свободное время, по вечерам, в выходные.
Если структуру центра приходилось дорабатывать по ходу развития, то философия осталась прежней. Девушки определяют её так.
Я поняла, что людям в эмиграции не нужны слёзовыжимательные истории, трагедия, надрыв и постоянная борьба за выживание. И начала писать какие-то текстики с приколами. Это нашло свою аудиторию: очень многие люди говорили, что подписались именно потому, что у нас такой стиль постов.
Мы никогда не рассказывали, что всё плохо и надо скорее найти котику дом, иначе он поедет жить на улицу. Все наши проблемы оставались нашими проблемами. Даже когда были сложные случаи, всё подавалось нейтрально, без манипуляции.
Соцсети PurrMačka действительно напоминают развлекательные медиа. В них публикуют мемы со смешными фотографиями котов и рассказывают забавные истории. Например, недавно чёрно-белые братья Инь и Янь выкрали рулон бумажных полотенец и размотали по всему коворкингу. А семилетний кот-дед Мрвица держался от банды подальше — он уже вырос из всех этих шалостей.
В соцсетях центра часто публикуют собственные мемы. Фото из архива PurrMačka
Иногда этот позитив выходит команде боком.
Недавно от нас ушла волонтёрка с формулировкой, что у нас всё слишком хорошо и она хочет помогать тем, кому это действительно нужно. А мы такие: «Нам тоже требуется помощь. Просто мы не страдаем».
«Маленькое, но регулярное поступление для нас намного лучше разового доната»
Помощь центру действительно нужна, особенно финансовая. Даже базовое содержание животных — качественный корм, регулярные осмотры ветеринара и разные расходные материалы — стоит недёшево. А лечение кота в плохом состоянии и вовсе может потребовать десятки тысяч в пересчёте на рубли.
У нас есть подписка на 10, на 30, на 100 евро в месяц и разовые донаты. Перечислить пожертвования можно и в рублях. Мы, конечно, любим подписки — даже маленькое, но регулярное поступление для нас намного лучше разового платежа. Но мы пока наблюдаем, что людям сложно доносить ценность благотворительности. Они больше хотят получить что-то для себя. Поэтому мы делаем мероприятия и мерч.
Мерч PurrMačka — действительно стильная одежда и аксессуары с авторскими принтами. То, что хочется покупать и носить. После появления первых дропов команда поняла, что стоит пробовать делать свой бренд одежды. Это будет социальный бизнес, где часть денег с каждой продажи идёт на помощь животным. Уже скоро запускается сайт Purrwear.
Мерч центра — это футболки, толстовки и аксессуары. Фото из архива PurrMačka
Ещё центр регулярно проводит благотворительные мероприятия. Иногда это ярмарка, где собираются маленькие бренды и частные рукодельники. Иногда коферейв — дневная вечеринка на площадке партнёров, к которой придумывают специальный напиток или особенное блюдо. После мероприятия эти позиции остаются в меню городских кафе. Например, в Белграде можно попробовать особенный Розовый Капуччино, котокамбучу и пуррники — сырники в форме котов.
Пуррники можно попробовать на мероприятиях центра и в одной из кофеен Белграда. Фото из архива PurrMačka
Механика во всех случаях похожая: партнёры отдают часть или всю выручку с такой позиции, а площадку под мероприятие предоставляют бесплатно. Им это тоже выгодно, потому что приходит много новых людей.
На одном из мероприятий центра — коферейве — впервые готовили фирменный розовый капуччино. Фото из архива PurrMačka
«Многие волонтёры говорят, что это и медитация, и психотерапия»
Основная часть работы центра держится на волонтёрах. Они приходят в PurrMačka по разным причинам.
По приезде в Сербию мы с мужем стали искать организации, которые могли бы помочь с оформлением ВНЖ по волонтёрству. Я пришла в PurrMačka, и мне первым делом сказали кучу правил — как мыть руки, как обеззараживать всё в зоне карантина, как стерилизовать миски. Я решила: котики прикольные, но я, пожалуй, пойду отсюда. И получилось, что месяц я просто была в чате волонтёров. Читала, что происходит в PurrMačka. Видела, что там очень нужна помощь. Решила прийти снова, несмотря на сложную организацию процессов.
Первую смену со мной провели очень деликатно. Старшая волонтёрка мягко меня со всем познакомила и объяснила, что правила наизусть учить не надо. Это всё нарабатывается постепенно. Так я отходила свои первые три вводные смены в качестве помощницы других волонтёров. Постепенно освоилась и осталась, хотя ВНЖ по волонтёрству так и не оформила.
Позже Аня заметила, что у волонтёров уходит много времени на заполнение таблиц с информацией по отработанным сменам, состоянию котов и другим важным моментам. Аналитику делали вручную, тратя на это часы, которые могли бы пойти на уход за животными. Помимо базовых задач — кормления и чистки лотков, — волонтёры обрабатывают миски, игрушки и помещение согласно требованиям санитарных норм. Регулярно возят животных к ветеринару для планового осмотра, прививок и лечения, если оно требуется. Приручают не привыкших к людям уличных котов и корректируют их поведение.
Забавные фото кошек — главная причина подписаться на соцсети центра. Фото из архива PurrMačka
Аня попросила мужа-разработчика помочь. Так появился внутренний портал: календарь смен с самозаписью, отметки о допусках, учёт склада, отчёты после смены и карточки на каждого кота. Этот ресурс очень экономит время работников центра и помогает всё держать под контролем.
Меня попросили нарисовать фотозону для вечеринки в честь открытия коворкинга, я согласилась. Пока рисовала, наблюдала за волонтёрами, общалась с котами и поняла, что это место мне очень нравится. Но всё казалось, что ресурса для регулярной помощи маловато. А потом через пару месяцев я нашла котёнка на парковке, спросила ребят, могут ли они помочь с этим, они согласились. Я была очень благодарна и решила, что теперь будет справедливо помогать стабильно. Так я пришла в PurrMačka на регулярное волонтёрство.
В PurrMačka я стандартный волонтёр, который ухаживает за животными: кормит, лечит, прибирает за ними. Ещё я курирую несколько животных, которых принесла сама. То есть слежу за их питанием, терапией, адаптацией, вожу к ветеринару. А ещё я помогаю решать поведенческие проблемы всех котов. На данный момент я почти закончила обучение на зоопсихолога и уже применяю свои знания на деле с опорой на супервизию.
Всего в волонтёрском чате центра 73 человека, регулярно дежурят около 40. Остальные помогают иначе: кто-то работает на мероприятиях, кто-то отвечает на онлайн-запросы.
Удивительно, что люди разных профессий просто объединяются бесплатно, приходят и тратят своё время, силы, энергию. Многие волонтёры, которые заступают на смены, говорят, что это и медитация, и психотерапия. Здесь всё понятно: берёшь лопаточку — и начинаешь чистить лотки. После сумасшедшего дня это настоящий мирок спокойствия.
«Есть какой-то азарт совместного решения проблем»
Все в PurrMačka сходятся в мысли, что помощь уличным животным делает их жизнь полнее и даёт опору.
«У меня не было какой-то благородной миссии. Просто это рутина, которая у меня есть. Из-за всех этих перемен мне хотелось чего-то более-менее стабильного — и вот что-то в моей жизни остаётся неизменным.
Есть какой-то азарт совместного решения проблем. Иногда бывает, что всё тотально плохо по всем фронтам. Ты встречаешься с людьми, с которыми всё это строишь, — и так прикольно просто вместе поискать выход. Или поныть».
У нас есть слоган: Save humans, save cats. Это не только про котов. Это во многом про людей — и тех, кто внутри, и тех, кто за пределами проекта. Для меня PurrMačka — это место справедливости. Её настолько мало в этом мире. А здесь ты можешь сделать что-то конкретное и увидеть результат.
Волонтёрство дало мне сообщество единомышленников. Я занималась зооволонтёрством и в России, но всегда в одиночестве. Как-то не везло мне на тех, кто готов активно включиться вместе со мной. А тут я как будто попала в сказку! Сразу много людей разделяют мою любовь к животным и не жалеют времени и сил на помощь тем, кто в ней нуждается.
«Главное, чтобы нам хватило сил»
Команда центра на открытии коворкинга. Фото из архива PurrMačka
Планы на будущее у команды амбициозные. Ребята мечтают переехать в помещение побольше, чтобы помогать не только кошкам, но и собакам. Хотели бы не сталкиваться с финансовыми трудностями и платить волонтёрам зарплату, поэтому активно ищут крупных спонсоров. Но главную миссию PurrMačka видит в том, чтобы уличных животных не было вовсе, а домашних содержали гуманно.
Вся сфера зоопсихологии очень быстро меняется. Как с воспитанием детей: то, что раньше казалось для всех нормой, постепенно перестало ей быть. И это хочется доносить до людей, которые только берут котов, — даже если у них всегда были животные. Например, делать обучающие видео с зоопсихологом или организовать какие-то курсы.
Хотелось бы рассказать побольше о том, как можно помочь, если не можешь забрать кота себе. Где бесплатно кастрировать животное, сделать прививки, купить со скидкой корм. Хочется те знания, которые мы получили от ветеринаров и заработали на своём опыте, донести до людей.
Хотелось бы изменить ситуацию в Сербии в целом. Амбиции у нас есть. Главное, чтобы нам хватило сил. И денег. И людей.
Станьте первым, кто оставит комментарий