Комментарии

«Женщины стояли здесь, побеждая смерть»: как в 1943 году немки восстали против депортации евреев — и их услышали

демонстрация на Розенштрассе

27 февраля 1943 года в Берлине прошли массовые аресты евреев. Нацисты планировали окончательно «очистить» город и в том числе — отправить в концентрационные лагеря две тысячи евреев из «смешанных» браков. Но власть получила отпор от немецких женщин. Рассказываем о демонстрации на Розенштрассе, когда немки спасли своих мужей и сыновей от отправки в концентрационные лагеря и доказали, что любовь сильнее страха и смерти.

Предыстория 

В 1935 году в нацистской Германии вступили в силу Нюрнбергские законы. «Закон об охране германской крови и германской чести» наложил запрет на браки и внебрачные сексуальные связи между немцами и евреями. На принудительное расторжение уже существующих союзов власти не решились: нацистская идеология горячо поддерживала «святость брака». 

Несмотря на то что все «смешанные браки» первоначально считались равными по статусу, в 1938 году власти ввели две категории для таких союзов: «привилегированные» и «непривилегированные». «Привилегированными» считались браки, в которых муж был этническим немцем, а жена еврейкой или где дети «арийки» и еврея воспитывались в христианской вере. «Непривилегированный» брак определялся как союз еврея и немки, где у пары либо не было детей, либо вся семья исповедовала иудаизм. Больше двух третей «смешанных» семей состояли из «ариек» и евреев, и позже мужчины из «непривилегированных» браков подвергались массовым арестам.

Хотя гестапо пыталось давить и на немцев, и на немок, убеждая бросить мужа или жену, именно женщины больше всего подвергались остракизму: их называли «предательницами народа», «еврейскими шлюхами», «осквернительницами расы», в них тыкали пальцем, плевали под ноги, от них отворачивались родственники, друзья и соседи. Власти твердили, что развод спасёт не только женщин, но и их детей и обеспечит им нормальную жизнь. Если смешанная пара расходилась или партнёр-немец умирал, партнёра-еврея сразу же отправляли в концентрационный лагерь.

К декабрю 1942 в Третьем рейхе и его чешском протекторате насчитывалось около 30 000 «смешанных» браков.

Арест

18 февраля 1943 года министр пропаганды Йозеф Геббельс записал в своём дневнике: «Евреи в Берлине будут изгнаны раз и навсегда. Они должны быть доставлены в центры сбора и депортированы, партия за партией, день за днем. Я поставил перед собой цель сделать Берлин полностью свободным от евреев самое позднее к середине или концу марта». Это должно было стать подарком от Геббельса Гитлеру к 54-летию фюрера.

Ранним утром 27 февраля 1943 сотни агентов гестапо, полицейских и эсэсовцев начали массовые аресты. Евреев похищали с фабрик, из дома и хватали на улицах: с 1941 все евреи в Германии были обязаны носить на груди опознавательный знак — жёлтую звезду Давида. Без каких-либо объяснений людей загоняли в поджидавшие их грузовики, не давая забрать зимние пальто и еду. Солдаты хлопали в ладоши и кричали «Быстро, быстро!», подгоняя людей прикладами ружей.

«Ко мне подходит рабочий-ариец и шепчет: „Вас всех сейчас заберут, гестапо в здании!“ После того как примерно 150–200 человек собираются внизу, нас обыскивают. Нам, людям, живущим в смешанном браке, на шею вешают белую бумажку, остальных отправляют прямиком в концлагерь». 

Из воспоминаний Зигфрида Кона, выжившего при арестах 

Две тысячи евреев — большинство из них были супругами немок — заключили в бывший центр социального обеспечения евреев на Розенштрассе, 2–4.

Истории «смешанных» семей

Американский историк Натан Штольцфус, профессор Университета штата Флорида, в 1980‑х нашёл несколько десятков участников тех событий и взял у них интервью. Позже на основе этих разговоров, а также анализа документов того времени, Штольцфус написал книгу «Сопротивление сердца: смешанные браки и протест на Розенштрассе в нацистской Германии», которая вышла в 1996 году. Также Натан Штольцфус совместно с учёным, исследователем Холокоста и преподавателем Университета Иешивы Мордекаем Палдиэлем организовали Фонд Розенштрассе, на сайте которого опубликованы истории «смешанных» семей.

Информацию о демонстрации также собирал немецкий философ, сценарист и монтажёр Герхард Шумм. Он был одним из основателей временной выставки, посвящённой этой теме, а позже создал сайт, где можно найти архивные дневники, газетные статьи, фотографии и интервью. 

Кадр из фильма «Розенштрассе», 2003

Благодаря этим свидетельствам можно узнать, через что пришлось пройти парам в «смешанных» браках и что чувствовали женщины, когда их мужей, отцов и братьев заключили в центр на Розенштрассе.

Шарлотта Фройденталь и Юлиус Исраэль

Шарлотта Фройденталь и её муж Юлиус Исраэль познакомились на работе. Они оба трудились портными. Пара обручилась в 1933 году, семья Шарлотты не одобряла её брак с евреем. Муж сестры Шарлотты был офицером СС, а один из братьев — членом нацистской партии.

 Эльза Клозе и Руди Хольцер

Эльза Клозе родилась в 1904 году. Её отец был очень авторитарен, вспыльчив и неуравновешен, а мать подчинялась мужу во всём. Однажды Эльза с сестрой Ингрид попали на бал берлинских печатников. Там девушка познакомилась с Руди Хольцером, католическим евреем из Австрии. Руди сразу понравилась девушка, а Эльза боялась начинать отношения, так как не хотела повторять судьбы своей матери. Но Руди — спокойной и уравновешенный — был совсем не таким, как отец Эльзы. Как-то девушка узнала от матери, что евреи «милые и вежливые», и именно эти качества Руди натолкнули Эльзу на мысли о еврейском происхождении мужчины. Он подтвердил её догадки, но тогда семью Эльзы это не смутило, и пара поженилась в 1929 году. 

Через десять лет всё изменилось. Сначала двух сестёр Руди бросили их «арийские» мужья, и они подверглись преследованиям. Потом пришли и за ним. 

Руди потерял работу в типографии, семья Эльзы пыталась убедить девушку развестись с ним. Однажды её вызвали на допрос в гестапо. Офицер назвал Эльзу «очень красивой», а когда она отказалась отречься от мужа, офицер начал запугивать её и выяснять, «что же ей так понравилось» в этом еврее. Когда началась война, соседи Эльзы и Руди отказывались пускать их в бомбоубежище. 

Берта Гросс и Авраам Писарек

Немка Берта Гросс и еврей Авраам Писарек поженились в 1928 году. У них родилось двое детей: мальчик Георг и девочка Рут. Берта назвала дочь в честь библейской праведницы Руфи: «Моя мать, конечно, любила моего отца, она также любила Руфь и слова, которые та сказала своей свекрови-еврейке Ноемини: „Куда ты пойдёшь, туда пойду я тоже…“ Вот почему она назвала меня Руфь, и много раз рассказывала мне эту историю, когда я была ребёнком».

Все они — Шарлотта, Эльза, Берта, Рут и ещё сотни женщин — этнических немок встретятся на Розенштрассе, чтобы противостоять одному из самых тоталитарных государств в истории.

Хроника протеста

К вечеру 27 февраля слух о том, что евреи из «смешанных» браков находятся на Розенштрассе распространился по городу. Брат Рут Гросс Георг поехал на фабрику, где Авраам трудился кочегаром на принудительных работах. Двери фабрики были закрыты. Отец подруги Рут передал семье, что мужчины из «смешанных» браков могут находиться на Розенштрассе, 2–4. Берта с 13-летним Георгом и 11-летней Рут поспешили туда. «Перед дверью стоял человек в штатском, по-видимому, охранник, который не позволил нам войти, но позже в тот же вечер мы смогли уговорить его передать бутерброды Аврааму Писареку», — вспоминала Рут Гросс. На следующий день девочка заметила в окне дома отца — мужчина осторожно махал запиской, которую они положили к бутербродам.

Кадр из фильма «Розенштрассе», 2003

Юлиус Исраэль, как и другие евреи в «смешанных» браках, был заключён в здании еврейской общины. В полицейском участке Шарлотте сказали: «Иди на Розенштрассе». Девушка взяла с собой 13-летнего брата. По словам Шарлотты, они издалека услышали крики. «Уже давно стемнело, — вспоминала Шарлотта, — потом я увидела много людей. Большинство были женщинами. Эсэсовцы стояли перед зданием, расставив ноги. Конечно, никого не пустили. Они сказали, что мы должны идти домой. Но мы с женщинами договорились, что вернёмся сюда завтра».

О том, что Руди увезли нацисты, Эльза Хольцер узнала от своего начальника. Он дал ей отгул для участия в акции протеста, и утром 28 февраля девушка отправилась к центру депортации. Эльза рассказывала: «Я думала, что буду там одна. Но эта короткая улочка была чёрной от количества людей. Они были подобны волне и раскачивались как единое тело». Так же, как и семья Рут, девушка попросила охранника передать мужу бутерброд и записку и была счастлива, ведь Руди будет знать, что она рядом. 

Шарлотте Исраэль пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы узнать, действительно ли ее муж находится в здании: «Я попросила у охранника продовольственную карточку Юлиуса. Он очень тонко написал на ней: „Я в порядке!“».

Один из эсэсовцев огрызнулся на девушку: «Как ты, немка, могла выйти замуж за еврея?!» Она ответила: «Если вы отнимете у меня мужа, я не стану лучше как женщина или как немка».

Толпа на Розенштрассе становилась всё больше. Раздались выкрики: «Мы хотим, чтобы наши мужья вернулись!» и «Отпустите наших мужей!» 

Один из сотрудников гестапо гордо сказал заключённому: «Твои родственники там протестуют за тебя. Вот она, немецкая верность!»

Такой протест был неслыханным в Третьем рейхе, где с мая 1933 были запрещены все демонстрации, организованные не нацистами. 

1 марта Третий рейх отмечал годовщину создания Люфтваффе — военно-воздушных сил нацистской Германии. В честь этого праздника британские ВВС ночью с 1 на 2 марта бомбили Берлин. Протесты прекратились, но ненадолго. Шарлотта Исраэль позже говорила: «Я всегда так боялась воздушных налётов. Но в ту ночь я подумала: так им и надо! Я был так взбешена. <…> Но потом я вспомнила о своём муже, который был заперт на Розенштрассе. Я знала, что он не сможет покинуть здание». Центр депортации остался невредим.

2 марта протест на Розенштрассе достиг апогея. В тот день солдаты наставили пулемёты на безоружных женщин и приказали: «Уходите сейчас же, или мы будем стрелять». Шарлотта Исраэль вспоминала: «А мы только громче кричали: „Вы, убийцы! Вы трусы!“ Я думала о том, что будет, если нас расстреляют. Мой муж. Теперь мне его никак не спасти. Теперь всё кончено». Несколько женщин убежали, Шарлотта также велела своему брату идти домой. Но вдруг случилось неожиданное: эсэсовцы разрядили автоматы. Стало очень тихо. «В тот день было так холодно, что слёзы замёрзли у меня на лице. Мой брат сказал моей матери: „Шарлотта, должно быть, уже мертва“», — делилась позже женщина.

Берта Писарек с детьми были на Розенштрассе каждый день: «Когда бы мы ни пришли, мы встречали женщин, поодиночке или группами», — рассказывала Рут Гросс. У девочки было даже любимое место — большой рекламный столб. Оттуда было хорошо видно окно, в котором иногда появлялся папа. Когда же полицейские разгоняли протестующих, за столбом можно было быстро спрятаться.

Немецкая журналистка Рут Андреас-Фридрих вела дневник и записала про события тех дней: «Женщины звали своих мужчин, кричали своим мужчинам, оплакивали своих мужчин. Стояли как стена. Час за часом. День и ночь».

Освобождение

Главное управление безопасности Рейха настаивало на депортации всех евреев с Розенштрассе, несмотря на протесты. На этот план наложил вето сам Геббельс. Он утверждал, что демонстрация была выражением семейной верности, которую очень поощряла нацистская пропаганда. 6 марта он написал в дневнике: 

«Люди собирались большими толпами и даже в какой-то степени встали на сторону евреев. Я поручу полиции безопасности не продолжать систематическую эвакуацию евреев в такое критическое время». 

запись в дневнике Геббельса

Геббельс осознавал, что в последние недели Германия потерпела огромные военные поражения. В битве за Сталинград погибло 500 000 солдат. Берлин постоянно бомбили. Новость о расстреле сотен безоружных немок в центре столицы ещё больше подорвала бы моральный дух военных и тыла и поставила бы крест на единстве интересов «высшей расы». 

Нацистские власти были вынуждены уступить. В тот же день гестапо начало немедленно освобождать заключённых на Розенштрассе. Люди получили разрешение на работу и продовольственные карточки, а с лета 1943 года им не нужно было носить жёлтую звезду. Инцидент был охарактеризован властями как «недоразумение». 

Отец Рут Гросс появился дома ранним утром 6 марта. Рут описывала его так: «Совершенно измученный, тощий, небритый, усталый, с затуманенными глазами, но со справкой об освобождении». 

6 марта Шарлотта была на работе, когда в лавку зашёл человек и передал ей записку. В ней было сказано, что Юлиуса завтра освободят. Когда на следующий день мужчина вышел из центра депортации, охранник бросил ему напоследок: «Еврейская свинья, мы скоро вернём тебя сюда». «Муж выглядел не очень ухоженным, — говорила Шарлотта, — но был выбрит. Он засмеялся: „Иначе я был бы похож на еврея“». Жена исполнила первое желание Юлиуса: ванна, а потом кофе с пирожным в постель. С тех пор она никогда не оставляла его одного.

8 марта освободили Руди Хольцера. «Он выглядел как грабитель — грязный и с такой тёмной бородой, что она была синей», — вспоминала Эльза. Мужчина сохранил записку от жены: «Дорогой Руди, всего наилучшего. Я люблю тебя вечно, твоя Эльза». Руди умер в 1954 году. Они прожили вместе 25 лет.

Двадцать пять мужчин с Розенштрассе ещё до окончания протестов были депортированы в Освенцим. Один из них, Феликс Вайс, еврейский музыкант, рассказывал, что на вопрос, куда их везут, ему ответили: «Вы едете в место, где больше никогда не увидите своих жён!» Но по приказу Геббельса евреев вернули в Берлин, правда, не сразу позволили вернуться домой. Мужчин обвинили в государственной измене, шпионаже и других подобных преступлениях и отправили в трудовой лагерь Gross­beeren на окраине Берлина. Тем не менее практически все заключённые с Розенштрассе пережили войну.


Центр депортации на Розенштрассе был разрушен во время бомбардировки в конце войны. В марте 1999 года перед отелем «Плаза», находящимся недалеко от этого места, установили красный рекламный столб — такой же, за которым в 1943 пряталась Рут Гросс. На столбе можно найти архивные фотографии и документы, описывающие протест. 

А 18 октября 1995 года был открыт мемориал Block der frauen («Блок женщин»), посвящённый событиям на Розенштрассе. Надписи на нём гласят: «Женщины стояли здесь, побеждая смерть», «Сила гражданского неповиновения, сила любви побеждает насилие диктатуры», «Верните нам наших мужей». Это первый и единственный протест немцев против депортации евреев, против антисемитской политики нацистов. И его инициаторками стали женщины. Их бесстрашие, сила и страсть спасли две тысячи жизней.

Обложка: кадр из фильма «Розенштрассе», 2003

Выпускница журфака СПбГУ. Стараюсь бережно, этично и с любовью писать про людей и их опыт. В свободное время хожу на выставки, читаю о феминизме и слушаю подкасты о здоровье.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.