Комментарии

«Женщины — лучшее, что могло произойти с этой планетой»: художница Маша Катарсис об откровенных рисунках, самоцензуре и феминизме

Маша Катарсис — художница и иллюстраторка. В своём творчестве она затрагивает темы психологических расстройств, зависимостей, абьюза, а также страхов и тревоги. Знакомые каждому проблемы и откровенность изображений сделали работы Маши очень популярными в социальных сетях. Мы поговорили с художницей о том, почему именно этим темам она уделяет так много внимания. А также обсудили хейтеров, важность феминизма сегодня и предельную открытость перед аудиторией.

Интервью было взято до 24 февраля 2022.

Подписывайтесь на Telegram-канал «Избушки», чтобы не пропускать наши статьи и оставаться на связи. Обнимаем.

Почему героиня твоих иллюстраций практически всегда обнажена?

Девушка, которую я рисую, очень похожа на меня, потому что я рисую себя. Самый частый вопрос: «А почему везде грудь?» Мне кажется, что это физическая обнажённость хорошо подчёркивает эмоциональную наготу изображения. С помощью обнажённой натуры я демонстрирую аудитории уязвимую часть себя. Плюс ко всему мне нравится принимать своё тело. Иногда для рисунков я делаю референсы — фотографируюсь, чтобы всё было анатомически точно, и потом рисую. И это помогает мне принять себя: я смотрю, где у меня какие складки, где у меня волосы, потом всё это изображаю. И мне от этого легче становится.

Я хочу как можно больше себя показывать в этих работах, чтобы совсем не было никакой дистанции, чтобы была именно я. Всё, что я транслирую своим творчеством, — про меня, обо мне.

Ты всегда так откровенно выражала себя в творчестве?

Рисовала я всю жизнь, но несколько лет назад мои работы очень сильно отличались от того, что люди видят сегодня. Они были мрачные, чёрные, с изобилием деталей. А потом я стала ходить на длительную психотерапию и благодаря этому мои работы стали упрощаться, упрощаться, упрощаться. В итоге я пришла к тому, что есть сейчас. 

Психотерапия вдохновила меня: мне захотелось проиллюстрировать то, что я разбирала на сеансах. Вот мы разобрали что-то с психологом, мне пришла в голову фраза, потом — образ, и мне захотелось это зарисовать. Это помогает мне закреплять то, что происходит на сеансе, облекать эту мысль в форму. Тогда это становится более осознанно.

Произошло упрощение моих работы: линеарная форма, иллюстративные зарисовки. Но содержания стало намного больше, работы стали «увесистыми». В те года, когда я рисовала мрачные картины, они были просто симпатичными, смысла в них было мало. 

В своих работах ты затрагиваешь темы депрессии, РПП, абьюза, зависимостей. Почему ты рисуешь именно об этом?

Я прошла частично через все обозначенные темы. Я стала разбирать это на психотерапии, а затем отражать в своих иллюстрациях. Так что всё то, о чём я рисую, знакомо мне не понаслышке. 

Когда ты работаешь с этими темами как художница, бывает ли тебе сложно и больно? 

Да, конечно, бывает сложно. Есть даже темы, которые я пока не изображаю, потому что мне очень тяжело. Но по всем этим темам мне бы хотелось высказаться.

Когда я сталкивалась с домашним насилием в детстве дома, то никто не говорил мне, что происходит и почему. Где взять информацию, я тоже не знала. А мне было важно, чтобы кто-то объяснил мне, что происходит. Поэтому сейчас мне хочется быть той фигурой, которая через своё творчество может сказать, что домашнее насилие — это ненормально, что так быть не должно. Возможно, для тех, кто сейчас находится в подобной ситуации, это станет поддержкой.

В твоём Инстаграме* более 130 тысяч подписчиков. Как ты набрала такую аудиторию?

Изначально я завела аккаунт в Твиттере, мне нравилось его вести, придумывать фразочки на 140 символов. Это совпало с моей терапией, упрощением стиля. И вот тогда я стала выкладывать в Твиттер свои работы. У меня была аудитория около 24 тысяч человек. И я видела позитивный отклик. Тогда я решила свои рисунки выкладывать ещё и в Инстаграм*, который тогда использовала только как личную соцсеть. Я не покупала рекламу, я не рассчитывала на популярность. Просто каждый день я рисовала и постила, рисовала и постила. И на рисунки стали реагировать, делиться ими, аудитория стала увеличиваться.

Не боялась ли ты делиться своими работами? Ведь тот же Твиттер — довольно агрессивная среда.

Да, это так. Но дело в том, что у меня истерический тип личности, поэтому мне свойственна некоторая демонстративность. Я из тех людей, которые легко рассказывают что-то, делятся чем-то, в том числе и своими работами. Поэтому мне было легко выкладывать своё творчество в Сеть. Думаю, что рисовать в стол и никому их не показывать было бы для меня труднее.

А хейтеры у тебя были?

Да, были люди, которые придирались к анатомическим деталям изображений, но это мелочи. В основном критику я ловила, когда выкладывала рисунки на тему феминизма. Приходили какие-то мужики с медведями на аватарках, писали что-то совершенно гадкое, желали смерти. Было даже страшно, честно говоря. 

Сейчас твои работы популярны. Чувствуешь ли ты, что теперь способна быть медиатором, рассказывать о том, о чём в своё время тебе никто не говорил?

Если честно, не особо. Наверное, это связано с тем, что мне тяжело заметить свою ценность. Я спихиваю все успехи, которых достигла в жизни, на удачное стечение обстоятельств, везение. Мне пока тяжело поверить, что я могу сделать что-то хорошее, кому-то помочь. Я могу представить, что кто-то увидит мою работу и почувствует себя менее одиноким. Но осознать это не всегда получается. 

Хотя мне часто пишут люди с реакцией на мои рисунки, а также делятся собственными историями. Иногда это бывает что-то невероятно тяжело, я даже могу заплакать, когда подобное читаю. Мне приятно, что люди мне доверяют.

Иногда подписчики даже спрашивают, провожу ли я психологические консультации. И я из раза в раз говорю, что нет, я — художница, я рисую. Я, конечно, могу поделиться контактами специалистов, но сама ничего не советую, никаких профессиональных комментариев от меня ждать не нужно.

Твои рисунки активно разлетаются по другим группам. Уважают ли в интернете авторские права и как ты к этому относишься?

Распространение рисунков по интернету предотвратить невозможно. Иногда ребята в директ мне скидывают, что кто-то опубликовал мою работу без указания авторства. Но что я могу сделать? Не буду же я жаловаться на всех. Иногда мои подписчики, если узнают мои работы, сами отмечают меня под такими постами. Но в целом меня это не очень сильно триггерит.

А вообще труд художников в России сегодня ценят?

Когда у меня не было большого аккаунта, я брала за иллюстрации очень мало — 1000 рублей. И даже тогда мне говорили: «А почему так дорого?» И я чувствовала, что работа художника не очень ценится. Предполагалось, что раз я делаю это в удовольствие, то это моё хобби, а значит, я могу и бесплатно этим заниматься. А о том, что надо покупать еду и как-то жить, никто не задумывался. Со временем я стала иначе оценивать свою работу и называть другую цену. И поняла, что если люди отказываются, то это нормально. Если для человека это дорого, то он всегда может найти что-то дешевле. 

Как строится твой рабочий процесс?

Это точно не так, что художник сидит и ждёт вдохновения. Так можно просидеть 10 лет, а оно так и не придёт.

Я стараюсь рисовать каждый день, но не всегда получается в силу каких-то обстоятельств. У меня есть заметки, в которых множество идей для работ. Если нет ничего нового, то использую их. Или бывает, что я еду в такси или метро после психотерапии и меня может резко осенить, или кто-то может мне рассказать какую-то историю, я сделаю из нее какой-то вывод, запишу это всё, а потом нарисую.

Идеи рисунков я сначала расписываю, причём делаю это досконально, со всеми деталями: девушка, она повернулась, из груди у нее растёт цветок. Мне так удобнее. Затем рисую на бумаге, потом фотографирую это на телефон, обрабатываю в приложении и получается контур. Затем на телефоне или в планшете я этот контур заливаю цветом. Но получается, что основная работа всё же идёт от руки.

Процесс создания иллюстрации на бумаге

Как учёба в академии имени Строганова влияет на твоё творчество?

Я не могу обесценить те пять лет, которые я там учусь. Безусловно, Строгановка очень много мне дала. Но стоит учитывать, что тот факультет, на котором я учусь, — очень консервативный, там много пожилых, не очень прогрессивных преподавателей. Иногда с ними бывает тяжеловато. Был случай, когда я нарисовала девушку, у неё была слегка обнажена грудь, но рисунок был совершенно не пошлым. И мне сказали: «Как же так! Как же ты понесёшь эту работу на просмотр — тут же грудь!» 

Но было и множество положительных моментов. Например, именно в Строгановке мне рассказали о том, что работы должны быть «острыми», что зритель, когда смотрит на твою работу, должен почувствовать, что его укололи. Плюс там я учусь работать с самыми разными художественными материалами и в разных техниках. Использую уголь, темперные краски, делаю линогравюры и офорт. Поэтому я многофункциональная художница. 

Насколько для художницы важно образование и диплом?

Мне важно, чтобы была база. Чтобы упростить, нужно сначала знать сложную форму. Пока ты её не знаешь, возможно, не получится так грамотно работать со стилизацией и упрощением. Поэтому я хотела получить академическое образование, а потом уже рисовать так, как я хочу. 

Но я знаю много художников и художниц, которые прекрасно рисуют и монетизируют своё творчество, но при этом они не являются художниками по образованию. Главное: если хочешь — рисуй. 

А как ты начала делать зарабатывать на иллюстрациях?

С журналом «Холод» я начала сотрудничать, ещё когда вела Твиттер. На меня вышли, предложили сделать иллюстрации. Сейчас большинство заказов приходит через инстаграм*. Ко мне приходят бренды и говорят: «Можете ли сделать вы иллюстрации на определённую тему?» Мы с ними обговариваем идею, мне высылают ТЗ, а затем я уже что-то формирую у себя в голове и рисую. Я стараюсь брать заказы с важным посылом: на психологическую тему, на тему феминизма, принятия себя. Если я почувствую, что никого удовольствия от работы не получу, то я отказываюсь от предложения, даже если за это хорошо заплатят. Заказов с политической пропагандой мне не присылали пока, не могу похвастаться, но я бы от такого отказалась. 

Как художнице в России сегодня строить карьеру?

Нужно вести свои социальные сети, это очень важно. Возможно, стоит первой выходить на контакт с медиа, предлагать им сотрудничество и свои идеи. Возможно, стоит посещать курсы по иллюстрации. Не обязательно получать полноценное художественное образование, но важно саморазвиваться. А ещё — ходить на выставки, расширять кругозор. Мне особенно нравится бывать на выставках современного искусства, потому что там я смотрю и думаю: «Как люди могли вообще до этого дойти?» Это очень вдохновляет. Возможно, стоит выбрать тематику, в которой ты будешь работать, понять, что действительно интересует и заряжает: психология, политика, социальные вещи. Понять, какую идею ты хочешь донести миру через своё творчество.

А как дела обстоят с цензурой творчества? Сейчас идёт дело Юлии Цветковой. Ты тоже художница, которая рисует откровенные иллюстрации, не боишься ли ты последствий?

Я не боюсь рисовать голое тело, но я действительно перестала делать политические иллюстрации. И я из-за этого страдаю. Меня раздражает, что, когда я вижу важный инфоповод и хочу выразить своё мнение через рисунок, я советуюсь с юристкой. У меня не самая маленькая аудитория, я понимаю, что если я что-то выложу, это будет заметно. А значит, я могу за это получить. Меня это бесит, я чувствую себя связанной. У меня много иллюстраций касательно происходящего в Беларуси и в нашей стране, но я не могу ими делиться. Действительно страшно, что в один прекрасный день к тебе придут. Хотя на меня и так уже написали заявление…

Кто и за что?

Я об этом раньше не говорила, но однажды мне подписчица прислала скриншоты истории одного молодого человека, приверженца «Мужского государства»*. Кажется, в Челябинске он написал на меня заявление в прокуратуру за пропаганду гомосекусальности среди несовершеннолетних и запостил заявление в сторис. Его-то мне и прислали. Я подумала: «Поздравляю тебе с первым заявлением!» Слава богу, ничего никуда не пошло, с осени никаких последствий не было. Но это был очень неприятный звоночек.

* «Мужское государство» — запрещённая в России экстремистская организация.

Ты откровенно высказываешься на важные темы не только в творчестве, но и в блоге. В том числе ты рассказываешь о своей ориентации. Не боишься ли ты быть настолько откровенной?

Я не могу этого не делать, потому что это я. Если я решила быть открытой в творчестве и в блоге, то как я буду скрывать такую важную вещь. Я не люблю фальшь в ведении блога. Я хочу, чтобы женщины видели, что я не только намалёванная мадама, а могу ещё сидеть с грязной головой, с неаккуратным пучком, с прыщом — и это нормально. Поэтому и в вопросах личной жизни я не могу фальшивить.

Хотя я не выкладываю свою девушку, не рассказываю о наших семейных штуках. Я просто говорю, что принадлежу к ЛГБТ-сообществу, ничего откровенного. Но даже это иногда вызывает хейт. Я сталкиваюсь с ним не только в интернете, но и в реальной жизни. Недавно был плохой случай в ресторане: мужчины за соседним столиком поняли, что мы с моей девушкой пара, и стали очень агрессивно на нас реагировать. Мне было страшно. Я понимаю, что не могу ни обнять человека, ни поцеловать его на публике, не озираясь по сторонам.

Ты сделала татуировку с зеркалом Венеры. Расскажи, почему?

Это мой маленький вклад и показатель моего уважения к женщинам, сестринству. И вообще это показатель того, что я люблю женщин. Я считаю, что женщины — это лучшее, что могло произойти с этой планетой.

Ты считаешь себя феминисткой?

Интересоваться идеями феминизма я начала лет 10 назад. Я помню, как наткнулась на ролики nix­elpix­el  на Ютубе. В тот момент я всё это отрицала, думала: «Фу, феминистки, как хорошо, что я не такая, как мне повезло». Но я всё смотрела и смотрела, смотрела и смотрела, и поняла: «Блин, да она вообще-то права». Постепенно это стало прорастать во мне, и я осознала, что отношу себя к феминизму и что это адекватная позиция для женщины в современном мире. Феминизм — это всё. Это то, как ко мне относятся мои близкие, то, как я отношусь к ним, как я уважаю других женщин.

Зачем сегодня нужен феминизм?

К женщине всё ещё относятся как объекту. И я сама сталкиваюсь с этим, хотя и живу в Москве. Всё ещё существует бытовое насилие, на которое все закрывают глаза. Распространён стереотип о том, что все домашние обязанности должны лежать на женщине: она должна стирать, убирать, готовить. Или то, что у всех женщин должен быть материнский инстинкт и «часики тикают». И это я не говорю про восточные страны, где у женщин в принципе намного меньше прав и свобод. Поэтому сегодня феминизм необходим. 

Как на твои иллюстрации на тему феминизма реагирует аудитория?

Хейт за феминизм я получаю в основном от мужчин. Мужчины, когда слышат, что я феминистка, сначала относятся к этому с юмором. Но когда они понимают, что я реально феминистка, а ещё что меня не интересуют мужчины, то начинается агрессия. 

Что ты делаешь в таких ситуациях?

Блокирую, потому что мне не о чем говорить с такими людьми. Я думаю, что благодаря иллюстрациям люди могут о чём-то задуматься и даже изменить своё мнение. Своими работами я хочу показать, что феминистка — это нормальная женщина, не злая и не сумасшедшая. Но когда я сталкиваюсь с агрессией в своей адрес, то я не хочу вступать в диалог.

Какие у тебя планы на будущее?

Я хочу продолжать вести блог. Но ещё у меня есть большая мечта — я хочу открыть школу рисования для всех. Это будет центр, в котором люди получат максимум поддержки. В художественных образовательных учреждениях много критики, студентов и учеников часто унижают, сравнивают. Я бы хотела создать такую школу, в которой не было бы сравнения и обесценивания, чтобы каждый человек приходил заниматься для себя. Я бы учила, как рисовать академический рисунок и как от этого полностью абстрагироваться, как перестать бояться белого листа и рисовать то, что ты чувствуешь, не сравнивая себя с другими.

Маша, а расскажи, почему ты — Маша Катарсис?

Я придумала этот псевдоним в 8 классе. Мне понравилось значения слова «катарсис» — эмоциональное очищение через сильное потрясение. Оно мне тогда очень подходило, потому что я часто проживала кризисные моменты и выходила из них с каким-то новым осознанием. И вот спустя много лет я так и осталась — Катарсис. Возможно, сегодня такой эффект на кого-то оказывают мои работы. Я была бы рада, если бы человек увидел мои иллюстрации, у него бы произошло какое-то потрясение и он попытался с этим как-то разобраться, открыть для себя что-то новое.

*Деятельность Meta Plat­forms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Face­book и Insta­gram запрещена на территории РФ.

Окончила журфак МГУ, теперь изучаю политологию. Ищу интересных героев и рассказываю об их тяжёлом или вдохновляющем опыте, исследую жизнь в России. Хочу способствовать репрезентации женщин в различных сферах и разрушать стереотипы.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.