Феминитивы остаются. Почему решение Верховного суда РФ не уберёт из нашей речи «руководительниц», «авторок» и «психологинь»

Решение Верховного суда никак не влияет на возможность использования феминитивов всеми нами и в СМИ. Они были, есть и будут частью речи и русского языка. Сложно представить запрет использовать феминитивы в принципе, да и судебным решением такой запрет введён быть не может. Верховный суд говорил об использовании феминитивов участниками ЛГБТ-движения* как об одном из признаков иного, по мнению суда, их образа жизни и поведения, нетрадиционного. Но этот довод оказался явно чрезмерным и вызвавшим волну вопросов.

Я пока не вижу подтверждения подлинности документа. Решение Верховного суда изначально опубликовало новостное издание регионального значения. К тому же сами СМИ отмечают, что подлинность документа ничем не подтверждена.

Но в любом случае думаю, что признак — не указание. Если использование феминитивов и будет рассматриваться как негативный фактор, то в совокупности с другими, а не как самостоятельный «состав преступления».

С феминитивами с точки зрения языка всегда было сложно и спорно. У некоторых слов, которые обозначают профессию, давно существуют нормативные пары мужского и женского рода: «поэт — поэтесса», «журналист — журналистка» и даже «руководитель — руководительница». Это словарные слова, их можно проверить, например, на сайте одного из самых авторитетных ресурсов «Академос» или на «Грамота.ру».

Судя по всему, авторы судебного решения не заглядывали в словари: если варианты «авторка» и «психологиня» считаются разговорными (пока что!), то «руководительница» — литературный вариант. Шах и мат, филологи!

Я не фанат феминитивов и новояза, но я принимаю все изменения языка — это естественный процесс. А ещё я за право выбора. Если девушка хочет определять свою профессию или хобби феминитивом, какая тут может быть проблема?

Кстати, слово «феминистка» тоже входит в словари.

Я думаю, что к составлению формулировки не привлекали филологов, потому что они бы не допустили такого ляпа. Может быть, имеют в виду, что «разрешены» феминитивы, которые уже есть в словарях, а «запрещены» те, которых пока нет, потенциальные феминитивы. То есть запрет на словообразование. Но это звучит как абсурд.

Запрещать феминитивы так же бессмысленно, как запрещать, скажем, падежи или суффиксы, — это неотъемлемая часть языка. «Учительница», «принцесса», «студентка», привычные всем, — тоже феминитивы. Получается, что одни можно, а другие нельзя — бессмыслица.

Люди всегда сопротивляются новшествам в языке, этому есть психологические причины. Но язык отражает реальность: если пришло время для новых слов и понятий, законами бороться с этим глупо. Язык всё равно сильнее.