Знать
18 октября

«Люди видят обложку с целующейся парой и сразу „о, ну понятно всё“». Сценаристка «Клуба Романтики» о своей работе

Вика Анистратова
Вика Анистратова
Редактор «Горящей избы».
6

«Клуб Романтики» — культурный феномен интернета. На 2022 год у сборника интерактивных новелл больше 10 миллионов скачиваний в Google Play. По игре пишут фанфики, снимают тиктоки, составляют энциклопедии и яростно спорят о ней на форумах. Кто-то всем сердцем любит эти истории и с нетерпением ждёт каждого обновления, кто-то высмеивает наивные сюжеты и героев как с обложки бульварных романов. Мы поговорили с одной из сценаристок приложения Ариной Герман (по просьбе героини фамилия изменена). Узнали, как создаются новеллы и почему «Клуб Романтики» так популярен, хотя симпатии к нему часто считаются чем-то постыдным.

Что такое «Клуб Романтики»

Это сборник романтических интерактивных историй. Пользователь может делать выбор, влияя на сюжет. Концовка будет зависеть от его действий. Романтика — важная, но не единственная составляющая новелл. Это истории разных жанров: детективы, ужасы, приключения, фэнтези.

Как ты стала сценаристкой «Клуба Романтики»?

У меня несколько необычная ситуация. Изначально я пришла работать в Your Story Interactive (компания-разработчик «Клуба Романтики». — Прим. ред.) как художник. Отправила им резюме, сказала, что ищу работу и «если можно, пригласите меня». Меня пригласили, я прошла месяц стажировки и начала работать. Рисовала персонажей, окружение.

Потом наш руководитель как-то узнал, что я пишу. До этого я публиковала свои истории на платформе Episode. И он спросил, хочу ли я попробовать сделать тестовое на сценариста. Я сделала, ему понравилось. 

А как ты вообще начала писать?

Моё творчество началось с — барабанная дробь — фанфиков! Я очень любила One Direction и в подростковые годы писала про них фанфики. Ещё любила «Шерлока» BBC. По-моему, даже мой первый фанфик был по «Шерлоку». Я начала писать на Ficbook. Потом открыла для себя Episode. Там можно не только писать свои истории, но и режиссировать их. Это тоже формат интерактивных новелл, хотя он несколько отличается от «Клуба Романтики». Туда я начала писать историю на первом курсе университета. Так и не закончила её. Следующая получилась более зрелая, с ней я выиграла конкурс самой платформы. И потом благополучно забросила, перестала там писать. Потому что это очень-очень трудо- и энергозатратно. Я сама отрисовывала обложки, режиссировала серии. Сейчас я рада, что могу всю свою творческую энергию направлять на писательство ну и немного на рисование.

Каких персонажей «Клуба Романтики» ты рисовала?

Я не рисовала никого суперважного. Из «Ярости Титанов» рисовала Лу, которая с серебряными волосами. И ещё сёгуна Саваду из «Легенды Ивы». 

Ты сценаристка новеллы «Теодора». Почему не рисуешь для своей истории персонажей?

Я рисую, но мне элементарно не хватает времени. Я рисую вместе с молодым человеком. Он тоже художник. Основную работу выполняет он, а я потом что-то подштриховываю, помогаю ему. Совместными усилиями у нас получается.

О чём новелла «Теодора»

США, 1914 год. Теодора Эйвери — начинающая журналистка. Она мечтает стать серьёзным репортёром, но пока что ей позволяют только вести колонку в газете «Секреты домохозяйки». Однако судьба даёт Теодоре шанс изменить свою жизнь: в Европе начинается Первая мировая война, и девушка отправляется во Францию как военный корреспондент.

Он с тобой обсуждал внешность персонажей или ты оставила это на его усмотрение?

Все авторы передают художникам техническое задание. Это документ, в котором указан рост персонажа, его роль, возможно, отрывок из произведения. Чтобы художник лучше понял, что это за человек такой вообще. Также мы должны предоставить референсы, то есть примеры. Это могут быть какие-то актёры, знаменитости. Чтобы лучше представить вайб персонажа. На основе этого документа создают скетч. Он должен быть одобрен автором и гейм-дизайнером. То есть мы даём референсы, но не конкретные инструкции. Хотя не знаю, может, кто-то из других авторов даёт более конкретные требования.

Как начинается создание новеллы для «Клуба Романтики»?

Это индивидуально для каждой истории и каждого автора. В моём случае сценарий новеллы вырос из тестового задания. Мне нужно было разработать историю по критериям. Дали несколько условий, среди которых было бессмертие. На разработку идеи у меня ушёл месяц. За это время я расписала главную героиню, что произойдёт в первом сезоне, во втором сезоне, в третьем, чем история закончится, самые критические моменты, любовные интересы. А кто-то из авторов приходит к руководителю со своей готовой историей. И дальше руководитель решает, стоит ли пускать её в разработку.

В «Клубе Романтики» новелла выходит не целиком, а частями, которые потом дополняют с обновлениями. Правильно понимаю, что к моменту выхода первой главы новелла уже на самом деле вся готова?

Нет. Хотя мы, авторы, примерно знаем, что произойдёт. Допустим, у меня есть дизайн-документ по «Теодоре», он занимает 15 страниц. Там внутри характеристика героини, описание сезонов. Этот документ служит опорой. Дальше мы пишем главы, но пишем их к обновлениям.

Но ты упоминала, что концовка изначально известна.

Да, я знаю концовку, точнее, варианты концовок. Их, конечно, всегда несколько, иначе зачем нам эта вся интерактивность. Ключевые события, которые должны произойти, я не на месте выдумываю. Но я не из тех авторов, кто до мелочи всё планирует. Просто знаю примерно, что где должно быть. Для опоры у меня есть знание, чем закончится история и сезон. Иначе правда можно запутаться. Я ведь ещё большой фанат чеховских ружей, которые должны выстрелить в нужный момент. Мне и как читателю очень нравится, когда что-то, закинутое в начале истории, в конце обретает смысл.

Получается, что в отличие от обычного писателя, который пишет линейное произведение, автор интерактивной новеллы должен придумать не только основной сюжет, но и всевозможные ответвления в зависимости от решений игрока. Не путаются в голове все варианты?

Путаются. Поэтому нам надо следить за распределением очков, которые зарабатывает игрок и которые влияют на сюжет. Всё надо считать и прописывать. В итоге ты вроде как пишешь одну историю, а получается 38 вариантов одной и той же истории. Это своеобразный челендж. Но мне он нравится.

Может ли так получиться, что какие-то моменты новеллы изменят по желаниям фанатов? 

У нас есть пространство, чтобы что-то поменять. Но это опять же зависит от автора. Финалу первого сезона моей «Теодоры» обрадовались не все читатели. Конечно, я могу решить отойти от своего изначального замысла, но могу и не захотеть. Здесь нужно сохранять баланс. Нам очень важны ожидания аудитории. «Клуб Романтики» в принципе нужен для того, чтобы радовать читателей. Поэтому мы стараемся искать золотую середину. И всё же, если ты что-то придумала и понимаешь, что это важно для твоей истории и твоего главного героя, стоит это сделать. Кому-то это не понравится. А кто-то, напротив, оценит. 

Какими писателями ты вдохновляешься?

К своему стыду, читаю я сейчас мало. Времени хватает только на то, чтобы писать. Недавно начала Донну Тартт, но что-то она у меня не пошла. Мне нравится Джон Вердон. У него серия детективных романов. А я очень сильно люблю триллеры и детективы. 

Если говорить про стиль, мне нравится Карлос Руис Сафон. Он так создаёт атмосферу, что ты буквально чувствуешь себя в этой Испании, которую он описывает, и в состоянии героя. Для меня очень дорога эта способность автора создавать своеобразный книжный пузырь. Ещё Роберт Маккаммон. Мне нравится историзм его книг. Это такая работа проделана, чтобы всё было как надо. Описано с очень высоким градусом исторической достоверности. Я этим восхищаюсь. В его книгах столько информации, и чтобы это всё достоверно представить, нужно быть очень преданным своему делу человеком. 

Сюжет «Теодоры» разворачивается в Европе времён Первой мировой войны. Для своей работы ты старалась поймать эту самую дотошность к историческим фактам? 

Конечно. В начале истории всё равно есть дисклеймер, что мы не претендуем на историческую достоверность. Но перед тем как начать писать, я посвятила время историческому ресёрчу. Теодора — журналистка во время Первой мировой войны. Информации об этом на русском языке очень мало. Но на английском мне удалось найти достаточное количество статей. Я искала, как там всё было устроено, искала реальных женщин-журналисток тех времён. И так получилась моя Тео. Это большая работа, но я считаю, это важная часть жанра — чтобы читатель верил.

Каким был твой самый сложный момент в работе над сценарием?

Сложно было в момент запуска. Я тогда только начала разбираться в формате и коде игры. У меня уже были какие-то навыки после Episode, но это не совсем то же самое. Написание истории тоже далось нелегко именно в плане исторической достоверности. Хотя, напомню, я на неё не претендую. Но мне хотелось всё сделать как надо, чтобы у читателей создалась правильная атмосфера. Для этого надо было очень много прочитать, о многом подумать и многое учесть.

О чём ты подумала, когда впервые увидела физическое воплощение своей истории?

У меня защемило сердечко. Это была гордость за всю команду. Работа была не маленькая, все переживали перед запуском, как аудитория отреагирует на новеллу. Но вне зависимости от реакции читателей я в любом случае гордилась этой работой. И продолжаю гордиться, ведь моя новелла ещё продолжается.

Ты и писательница, и поклонница фанфиков. Этот жанр ведь появился, чтобы закрыть некую читательскую несправедливость. В твоей новелле, скажем так, чтобы без спойлеров, не совсем типичное завершение первого сезона. И кто-то из читателей может попытаться закрыть вот эту свою читательскую несправедливость. Как отреагируешь, если увидишь фанфики по «Теодоре»?

Всем сердцем пойму этих людей. Честно. Я их пойму и как читатель, и как писатель. Скорее, даже как мать всех этих героев. Я столько слёз пролила за первым сезоном. Сидела и думала, какая я ужасная женщина, как я могла так с ними поступить! Мне было и стыдно, и горько, и обидно. 

Фанфики — это очень хорошо. Кто-то, конечно, говорит, что фанфики — это «пф!», потому что, мол, не можешь сама свой мир придумать. Я так не считаю. Пусть пишут. Как только я закончу «Теодору», я их обязательно прочитаю. Сейчас не читаю, потому что боюсь, что прочту и мне что-то понравится. Потом забуду про это, сяду писать главу, а оно вылезет. И меня потом в плагиате обвинят. Но вообще я бы с удовольствием посмотрела на интерпретацию моих персонажей другими людьми.

Я, скорее, имела в виду писательскую ревность. Ты задумала сюжет определённым образом, а кто-то приходит и будто бы показывает, что надо было сделать иначе.

Я, наверно, буду испытывать только зависть, если кто-то лучше меня напишет. Но какой-то там обиды в стиле «ой, это не в характере персонажа, это не в характере истории» — такое вряд ли будет. Мне, наоборот, очень интересно, когда люди делают свои вариации. Например, одна художница комиксов сделала кроссовер новелл «Теодора» и «Любовь со звёзд». Если она вдруг это прочитает, передаю ей привет. У неё получилось круто, очень интересно.

Вернёмся немного назад. Ты сказала, что тебе было грустно от того, как ты поступила со своими персонажами. Но ты же автор, почему бы не переписать, чтобы тебе не было грустно?

Потому что тогда Теодора не будет Теодорой. Не получится той истории, которую я пытаюсь рассказать. В моём случае это было бессмертие. Я захотела показать его именно так. Если переделывать всё так, как мне угодно, получится совсем другая история.

Можно сказать, что ты отделяешь какие-то свои хотелки от поворотов сюжета, которые нужны для развития персонажа?

Да. «Теодора» — она про Теодору. Тут всё строится вокруг её личности и чувств. Вокруг того, что с ней происходит, и того, как она с этим справляется. Поэтому да, приходится плакать, но писать. 

Ты сама играешь в «Клуб Романтики»?

Время от времени. Я сейчас профессионально включена: читаю по работе главы других историй. Иногда сама прохожу, но на это не так много времени, как хотелось бы. Надо работать над своей новеллой. Но я считаю, что мне есть чему поучиться у других авторов. Поэтому играть почаще даже с профессиональной точки зрения было бы полезно.

У тебя есть любимые новеллы?

«Арканум» хороший, очень интересная история. «Цветок из Огня Тиамат» интересная. Я почти ничего не знаю про шумерскую мифологию, а тут сразу столько всего. Столько имён сложных. «Дракула», кажется, был моей первой историей в «КР», когда я только пришла как художник. «Путь Валькирии» — мне очень нравится скандинавская мифология. «Легенда Ивы» тоже очень хорошо проработана. Словом, всех люблю, все молодцы.

А свою «Теодору» проходишь?

Я прохожу на тестировании. Но это не происходит так, что я села с чаёчком и прохожу. Это похоже больше на «Ошибка! Исправьте! Здесь баг! Уберите! Здесь не тот костюм! Здесь забыли поправить!». Наверно, когда я закончу работу над новеллой, тогда сяду и буду наслаждаться этим произведением. 

Я периодически встречаю обсуждения фаворитов «Клуба Романтики». Пользователей смущает, что некоторые персонажи, которые вызывают романтический интерес у главной героини, как бы пропагандируют нездоровые отношения. Например, абьюз или токсичность. Что ты по этому поводу думаешь?

У меня в «Теодоре» был эпизодический персонаж — немецкий офицер Альберт. Очень жестокий. И многие просили с ним романтическую ветку. Я её не собиралась включать. Потому что это не было бы похоже на саму Теодору. Но я не считаю, что у меня есть право высказывать людям: «Вы что, с ума сошли? Он же плохой!» То, что люди выбирают такие романтические ветки в приложении, не означает, что они выберут такое же в жизни. Кто-то играет в «Клуб Романтики», чтобы развлечься. В формате интерактивной новеллы я не могу осуждать желание вести ветку с неоднозначными персонажами.

К разговору о том, насколько этически правильно создавать таких персонажей и делать с ними романтические ветки: начнём с того, что «Клуб Романтики» — это всё-таки интерактивные новеллы. То есть у игрока всегда есть выбор, с каким персонажем начать отношения. А то, как они прописаны, на мой взгляд, затрагивает вопрос свободы творчества. Автор хочет написать такого персонажа, но ему говорят, что такого нельзя писать. Где тогда свобода творчества? Наверно, каким-то компромиссом могут стать дисклеймеры, что мы не призываем к таким отношениям. Насколько я знаю, в «Клубе Романтики» уже стали делать такие предупреждения. Мы все стараемся быть деликатными. В новеллах перед сомнительными сценами триггер-ворнинги (trigger warning предупреждение, что произведение может вызвать негативные эмоции или воспоминания. — Прим. ред.) стоят. В общем, это сложный вопрос, потому что тут затрагивается свобода творчества, и это очень большая дискуссия.

Как считаешь, почему «Клуб Романтики» стал популярным?

Интерактивные новеллы — это интересно! Это же книга, которую ты читаешь, но в которой сама определяешь концовку. Я «Ведьмака» переигрывала два раза. Хотя он очень долгий. Ну я люблю «Ведьмака», не будем врать. Но первый раз у меня получилась плохая концовка в игре. Я так не хотела, поэтому пошла переигрывать все сколько-то там часов, чтобы добиться хорошей концовки. Это как будто вызов. Ты как бы и выбор делаешь, и на реакции отвечаешь, ещё выбираешь, с кем роман крутить. Очень интересный вид медиа. 

А если говорить именно о «Клубе Романтики», я бы сказала, что его выделяет большой акцент на сюжете. У нас только вариантов концовок 10–12 может быть. Конечно, «Клуб Романтики» без романтики — это не «Клуб Романтики», извиняюсь за тавтологию. Но я ценю то, что наши произведения — это именно произведения. Наши персонажи — это именно персонажи. Они ощущаются как настоящие.

Кто-то может сказать, что такие игры, как «Клуб Романтики», — это постыдное увлечение и зашквар. 

Есть те, кто любит делать выводы из ничего. Люди видят обложку с целующейся парой и сразу «о, ну понятно всё». А что понятно — непонятно. 

Во-первых, я считаю наши произведения достойными того, чтобы их читали. Моя «Теодора» вполне могла бы быть книгой. И что же, если она в «Клубе Романтики» — это зашквар, а если в книге — то сразу не зашквар? 

Во-вторых, у каждого продукта есть своя аудитория. И мне кажется, что когда люди осуждают аудиторию того или иного продукта — вот это зашквар. Я могу понять, что романтические новеллы нравятся не всем. Но когда человек начинает с претензией спрашивать: «А тебе это нравится, что ли?», — мне хочется немножко проявить агрессию (конечно, я этого не делаю). Вот приходит поклонник «Клуба Романтики» домой после тяжёлого рабочего дня. Ему хочется немножко эскапизма. Взял телефон в руки, пришёл к своим любимым мужикам и девушкам. И расслабился, порадовался жизни. Это же красота. Он никому не вредит своим увлечением. Не стоит осуждать за то, что кому-то нравятся романтические новеллы. Лучше вообще поменьше осуждать других.