Комментарии

Что такое «больные мозоли» в отношениях и как они мешают парам. Отрывок из книги Сью Джонсон «Обними меня крепче»

Отрывок из книги Сью Джонсон «Обними меня крепче»

Порой мило болтаешь с любимым человеком, но разговор касается какой-то темы, и вдруг он начинает раздражаться и бросать холодные взгляды. Если вам знакома такая ситуация, Сью Джонсон в книге «Обними меня крепче. 7 диалогов для любви на всю жизнь» объяснит, что стало её возможной причиной.

О книге

Автор доктор Сью Джонсон — директор Оттавского и Международного центра обучения эмоционально-фокусированной терапии, заслуженный профессор и научный сотрудник Международного университета Сан-Диего и профессор клинической психологии Оттавского университета.

В книге она описывает новый подход к терапии в парах — эмоционально-фокусированную терапию (ЭФТ). Сью Джонсон объяснила, как последовательно проработать отношения, а также составила практическую часть для читателя.

Все уязвимы в любви: это данность. Мы эмоционально обнажены перед теми, кого любим. И потому порой раним друг друга неосторожно брошенным словом, неловким поступком. Когда это происходит, нам больно. Но часто — совсем недолго и несильно. Практически у каждого есть слабое место. «Больная мозоль», которая очень чувствительна к прикосновениям, легко сдирается и ужасно болит. Если эту ранку задеть, она будет нестерпимо ныть и испортит все отношения. Мы потеряем эмоциональное равновесие и непременно угодим в дьявольские сети.

«Больной мозолью» я называю сверхчувствительность, которая сформировалась у человека в прошлых или настоящих отношениях из-за постоянного отвержения или игнорирования его потребностей и эмоций.

Такое отношение приводит к обеднению эмоциональной жизни. Это практически универсальный механизм формирования «больных мозолей».

Очень часто их натирают травмирующие отношения с близкими людьми, в особенности с родителями. Ведь именно они формируют базовый шаблон поведения в отношениях. Но важны и связи с братьями, сестрами и другими членами семьи и, конечно же, с прошлыми и настоящими возлюбленными.

К примеру, во время недавнего разговора муж вдруг начал клевать носом. Это меня довело до белого каления. Супруг просто очень устал и хотел спать. Но я в тот момент будто перенеслась в прошлое — в отношения с бывшим партнёром. Этот человек впадал в спячку, стоило мне затеять серьёзную беседу. Его засыпание было очевидной формой отстранения и избегания, попыткой закрыться. Меня этот опыт сделал сверхчувствительной. Резкое погружение в сон воспринималось как желание оставить меня наедине с моими эмоциями.

<…>

Но больные места не всегда появляются в результате прошлого опыта. Мозоли натирают и в нынешних отношениях, причём даже в счастливых. Ведь и в них можно почувствовать себя эмоционально изолированным и отвергнутым. Например, во время больших перемен или кризисов, таких как рождение ребёнка, серьёзная болезнь и потеря работы. Когда мы особенно сильно нуждаемся в поддержке со стороны партнёра, но не получаем её.

Уязвимые места появляются и тогда, когда партнёр кажется нам неизменно безразличным. Его равнодушие причиняет невыносимые страдания. И вскоре страдания вызывает любой пустяк. Равнодушие и безразличие возлюбленных рвут нам душу.

У Джеффа и Милли всё было прекрасно. Но лучший друг мужчины получил должность, ради которой тот пахал как проклятый. И Джефф впал в депрессию. Вместо того чтобы утешить и подбодрить супруга, взволнованная Милли начала доставать его. Требовать, чтобы муж «очухался». Супругам удалось пережить кризис и вернуть в отношения близость. Тем не менее пережитый опыт привел к излишне острым реакциям мужчины на поведение жены, когда он расстроен или напряжён. В моменты, когда Джеффу казалось, что Милли не поддерживает его, происходили внезапные и как будто немотивированные вспышки агрессии. Они вскоре научили женщину отгораживаться от мужа стеной молчания и чувствовать себя «плохой женой».

Хелен испытала настоящий шок, когда психотерапевт заявил: она сама виновата в проблемах с алкоголем сына-подростка. Во время приёма Сэм — обычно любящий муж Хелен — поддержал точку зрения специалиста и согласился с ней. Позднее женщина поделилась, что ей было очень больно. А Сэм взялся оправдывать своё мнение и подкрепил его ещё несколькими болезненными для жены аргументами. Хелен сильно переживала, но потом решила засунуть подальше свою «дурацкую» обиду. Жить тем хорошим, что осталось в их браке. Хелен решила, что у неё получилось.

Но подавить эмоции не так-то просто. В конце концов они отравляют отношения. Обида Хелен начала прорываться наружу. Женщина стала пилить мужа, что тот лезет к ней со своим мнением по любому поводу. Сэм, не зная, что можно говорить, а что нет, всё чаще отмалчивался. Супруги вдруг начали ссориться из-за ерунды. Сэм обвинил жену, что она становится очень похожей на свою сумасшедшую мать. Хелен чувствовала себя все более потерянной и одинокой.

«Больные мозоли» Джеффа и Хелен задеты, но они не видят этого. Удивительно, но очень многие не замечают таких вещей. Более того, люди часто не признают, что такие мозоли у них вообще есть. Мы обращаем внимание только на вторичную реакцию, когда бередим рану, — оцепенение и отстранение или вспышки гнева.

Избегание контакта и злость — симптомы того, что пара угодила в дьявольские сети. Но они маскируют эмоции, которые возникают, когда кто-то задевает наши болевые точки: огорчение, стыд и — чаще всего — страх. Если ваша пара без конца попадает в эти сети, могу поспорить: причина в задетой мозоли или, вероятнее всего, мозолях обоих. А остальное — лишь попытки справиться с болью.

К сожалению, мы неизбежно наступаем друг другу на «больные мозоли». И, когда задеваем уязвимые места партнера, он, в свою очередь, бередит наши раны.

<…>

Для того чтобы остановить этот деструктивный процесс, мало распознать его и вырваться из дьявольских сетей. Нужно найти и исцелить свои больные места, а также помочь это сделать возлюбленным. Тем, кто вырос в любви и безопасности прочных здоровых семей, эта задача покажется несложной. Их раны не так многочисленны и глубоки. Таким людям достаточно просто понять, что стоит за сложностями в их отношениях с любимыми. И они быстрее и легче разорвут сети и вылечат раны.

Но для тех, кого ранили или жестоко отвергали любимые и значимые люди, процесс исцеления занимает больше времени и требует бóльших усилий. Их мозоли слишком велики и чувствительны. Поэтому заставить таких людей взглянуть в глаза своим страхам и научиться снова доверять партнёру — практически непосильная задача. Кэл, жертва насилия и бывший военный, говорит: «Я сам одна сплошная рана. Страстно хочу, чтобы мою боль утолили. Но, когда любимая прикасается, иногда не понимаю, это ласка или очередной удар».

Но мы не узники своего прошлого. И можем всё исправить. Последние исследования психолога Джоанны Давила из университета штата Нью-Йорк в Стоуни-Брук, а также ряд других подтвердили мои наблюдения.

Любящие супруги помогают исцелять даже очень глубокие душевные раны. Можно обрести базовое чувство безопасности в отношениях при поддержке чуткого и отзывчивого партнёра.

Ведь он поможет нам справляться с болезненными эмоциями. Любовь творит чудеса.

Как понять, что наступили на мозоль

Есть два признака того, что рану, вашу или партнера, разбередили.

Во-первых, это резкая и радикальная перемена эмоциональной тональности. Минуту назад вы шутили и смеялись, а сейчас расстроены или взбешены либо, наоборот, замкнуты и холодны. Теряете почву под ногами. Как будто правила игры изменились, а вас забыли предупредить. Раненый партнёр начинает посылать совсем другие сигналы. А второй недоумевает, что вообще произошло. «Мы ехали и болтали как обычно, — говорит Тед. — И тут машина будто льдом покрылась изнутри. Она отвернулась от меня и уставилась в окно. Губы сжаты в тонкую линию. Сама нахмурилась и всем видом показывает: лучше б меня вовсе не существовало. Как это понимать вообще?»

Во-вторых, реакция на ситуацию или происшествие часто кажется чрезмерной, неадекватно острой. «Мы всегда занимаемся любовью по пятницам, — рассказывает Мария. — И я ждала Пьера. Но тут позвонила сестра, она была расстроена. Мы поговорили немного. Четверть часа, наверное. Пьер просто взбесился, ушёл из спальни. Мы, как обычно, разругались. Он вообще не в себе в такие моменты». Но на самом деле это Мария не понимает логики любви, а Пьер не может объяснить своих болезненных ощущений ни себе, ни жене. «Я уговариваю себя, — рассказывает он, — не нервничать, успокоиться. А у самого уже совсем сорвало крышу».

Всё это признаки того, что первобытные страхи и потребности внезапно поднялись на поверхность. Бал правят самые глубокие и могущественные чувства. Чтобы понять, где наши слабые места, «больные мозоли», нужно присмотреться к глубинным эмоциям. Ведь именно они играют главную роль в появлении гиперчувствительности.

Нужно позаботиться о болячках так, чтобы они перестали воспаляться. Если этого не сделать, мы так и будем автоматически уходить в защитную реакцию — злость или отстранение. А вторая половина — воспринимать наше поведение как агрессию или равнодушие.

В непрочных и небезопасных отношениях мы стараемся свои слабые места прятать. В итоге партнёры никогда не видят нас настоящими.

Давайте подробно разберём, что происходит с человеком, которому наступили на «больную мозоль».

— Мы обращаем внимание на некий сигнал или реакцию, которые активизируют тревожную систему: страх, отчаяние и тоску. Такие сигналы действуют как пусковой механизм. Например, взгляд, фраза или перемена эмоциональной тональности в разговоре с партнёром. Сигналы бывают как положительными, так и отрицательными в зависимости от провоцируемых эмоций. Когда нам бередят раны, неизменно звучит сирена «ой-ой». «Сейчас случится что-то плохое, болезненное или непонятное», — транслирует мозг. Сирена может включаться, когда вы слышите «укоряющие» интонации в голосе возлюбленного. Или когда просите обнять вас и пожалеть, а партнёр не реагирует.

«Знаю, ты стараешься быть заботливым, — говорит Мари мужу Эрику. — И ты прав. Ты действительно говоришь со мной о моих проблемах. Всё прекрасно, пока ты не скажешь это своё „Послушай“. Причем таким тоном, будто я глупый, несмышленый ребёнок. Это как удар током. Я сразу понимаю, что раздражаю тебя. Ты считаешь меня глупой. И это очень обидно». Для Эрика это откровение. Мужчина всегда полагал: ссорятся они потому, что жена отвергает любые его идеи.

— Наше тело реагирует на стресс. Многие рассказывают про подступившую тошноту или сведённый желудок, неприятно изменившийся голос и охладевание или замирание. Иногда единственный способ понять свои чувства — прислушаться к собственному телу. Сильные эмоции мобилизуют весь организм. Со скоростью света переключают его в режим выживания. На каждую эмоцию предусмотрен свой физиологический отклик. Когда нам страшно, кровь приливает к ногам, а когда злимся — к рукам.

— За интеллект отвечает область позади лобных долей префронтальной коры головного мозга. И она не очень-то скора на реакции. Когда этой зоне удаётся наконец синхронизироваться с эмоциональным центром — миндалевидным телом, мы начинаем разбираться в происходящем. Именно на этом этапе люди пытаются проанализировать свои ощущения. Понять, что именно говорят полученные сигналы о безопасности наших отношений.

<…>

— Мы слышим команду: «На старт!» И устремляемся каждый в своём направлении — навстречу, или подальше от партнёра, или против него. Готовность действовать встроена в любую эмоцию. Гнев заставляет нас наступать и сражаться. Стыд — отойти подальше и спрятаться. Страх шепчет, что надо замереть или бежать. В экстремальных ситуациях приказывает развернуться и предпринять контратаку. Печаль сподвигает нас погоревать и отпустить. Именно в таком ключе Ханна рассказывает о своих ссорах с мужем: «Хочу сбежать. Удрать. Вижу его перекошенное злобой лицо — и всё. Он говорит, что я его игнорирую. Но стоит услышать этот сердитый голос, как ноги сами устремляются к дверям. Не могу просто стоять и выслушивать его».

Всё это происходит за какие-то наносекунды. Чарльз Дарвин интересовался силой эмоций и ролью, которую они играют в борьбе за выживание. Великий учёный решил как-то проверить, насколько он способен себя контролировать. Дарвин ходил в Лондонский зоопарк и стоял у стеклянной стены террариума с огромной гадюкой. Он пытался удержаться и не отклониться назад, когда гадюка бросалась на него и ударялась в стекло. Но так ни разу и не смог. Тело неизменно выдавало реакции страха. Даже когда разум учёного говорил, что он в полной безопасности.

В контексте отношений это выглядит так. Мы открыты и нежны друг с другом, и вдруг партнёр отпускает критическое замечание. Я коченею. Осознание удара и мгновенная реакция — отстранение — едва ли занимают 0,02 с. Примерно столько необходимо, чтобы распознать эмоции по лицу человека. Момент потерян. Эмоции правят бал. Они ведут и направляют нас, как встроенный компас.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.