Комментарии

«Девушки в нашей стране живут в каком-то вечном тёмном переулке». Редакторка Катя Дмитриева — о харассменте и абьюзе

Несколько дней назад в твиттере десятки девушек рассказали о сексуальных домогательствах в медиасфере. Катя Дмитриева опубликовала пост в их поддержку. С её согласия мы приводим текст поста полностью.

Материал публикуется с незначительными правками, не влияющими на общий смысл текста.

На этой неделе случились десятки постов в твиттере от девушек, которых я знаю, о мужчинах, которых я знаю. В постах рассказывали о сексуальном насилии, грубых подкатах, абьюзе и харассменте. На девочек сразу набросились: «прошмандовки трясут трусами, обвиняют, а сами-то были пьяные / не так однозначно несогласные». Телеканал «Россия» даже посвятил этому всему выпуск с основным посылом: «так если всё так плохо, иди в полицию сразу». А вот что хочется ответить всем этим людям — идите н…й.

Я ни секунды не сомневаюсь в честности девушек. Многие из них столкнулись со всем этим дерьмом очень юными — им ещё не было 25. Мне недавно 25 исполнилось — было время подумать. И вот что очень хочется сказать.

Я знаю многих участников этих историй. С парой из них у меня были неоднозначные ситуации. Было для меня это травмой? А кто уже знает. Обо всём этом стараешься забыть и не думать, потому что если думать — неизвестно до чего додумаешься.

Давайте честно: девочки/девушки/женщины в нашей стране (и не только в нашей, в общем-то) живут в каком-то вечном тёмном переулке. Тебе говорят, что в него не надо заходить — там всякое может случиться. Но этот переулок — единственный путь до дома.

Как бы осторожен ты ни был, рано или поздно попадёшь в передрягу. Я правда попыталась тут вспомнить, сколько раз ко мне приставали.

Вот мне 13. Я стою на кассе в магазине с фисташковым мороженым. Ко мне сзади прижимается мужик и говорит «дай попробовать мороженку». Кассир и охранник не реагируют. Я говорю «нет», расплачиваюсь и выхожу из магазина. Мужик идёт за мной, я убегаю на красный свет на перекрёстке, потому что (буквально жопой) чувствую — что-то не так. Да, это первый раз, когда я узнала, что такое «стояк».

Мне 17. Я учусь водить. Инструктор водит рукой по моей коленке и между ног, «объясняя», где педаль тормоза. Я не говорю маме, но стараюсь не ходить на занятия — у меня постоянно болит голова. Почему не говорю? Не знаю: мне противно, страшно, странно. Я вообще ещё ничего не знаю — мне 17! Имею право. В конце концов говорю родителям — больше на занятия не хожу.

Потом я переезжаю в Москву учиться — тут уже десятки историй. Мужик лапает меня в переполненной электричке, старый официант лезет ко мне под юбку на пути в туалет, в мою сторону много раз отпускают сальные шутки, со мной «делят такси», чтобы выйти возле моего дома, зажать и постараться зайти ко мне в квартиру. Меня сколько-то там раз пытаются поцеловать, обнять, прижать и обжамкать. Были истории хуже? Были. Но я правда не такая смелая, не хожу к психологу и не могу найти силы рассказать. Я до сих пор чувствую себя виноватой. А те, кто может рассказать, — они смелее и сильнее.

Нет, я не всегда могла ответить однозначно и громко «НЕТ». Чаще всего я возвращалась в компанию людей и делала вид, что ничего не случилось.

Или убегала в каком-то тумане — такое тоже было (бежала, не видя ничего вокруг, до метро). Не потому что я слабохарактерная — в отличие от всех этих умных и сильных тёток. Просто потому, что даже если с тобой говорят про границы — не факт, что ты их можешь отстаивать. А ещё потому, что иногда я думала: «а может, я не так посмотрела, не так говорила, я же выпила, может, я виновата». Это правда очень хреново.

Спросите, сколько знакомых женщин сталкивались с подобным. Я вот недавно историю читала, как женщину по пути домой какой-то мужик просто обсоссал. Выскочил из кустов — и обсоссал. Классно, да? И не говорите тут «с кем не бывает».

И ещё не отправляйте, пожалуйста, в полицию. Вы читали вот этот текст? Почитайте. Там девочку 12 лет изнасиловали, а насильнику из-за того, что он несовершеннолетний, назначили профилактическую беседу. Через год девочку снова изнасиловали и убили — те же несовершеннолетние. Моя милиция меня бережёт, да. Конечно, надо ходить. Но не надо считать, что это поможет. Там не помогут. Помочь можем только мы все — нетолерантностью к подобным вещам.

Мечтаю однажды проснуться в мире, где всего этого говна нет. Не знаю, когда вообще это случится. Но я люблю мечтать вообще.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.