Комментарии

Как детские обиды мешают стремлению к достижениям. Отрывок из книги «Вернуть вкус к жизни»

отношения с родителями

Наталья Керре — дефектолог и психолог-консультант. В книге «Вернуть вкус к жизни» она рассказывает, как понять и полюбить самих себя без навязанных обществом ролей. Керре считает, что в любом возрасте можно строить цели и достигать их. Для этого важно проработать свои установки, найти отговорки, которые мешают двигаться вперёд, и устранить их. Книга поступит в продажу 28 сентября на сайте издательства «Альпина Паблишер». Мы публикуем отрывок из главы «Отговорки. Почему они неубедительны».

Отговорка 1: «У меня было трудное детство, я до сих пор не могу прийти в себя и начать что-то делать со своей жизнью»

К сожалению, довольно долго основным мейнстримом работы психологов в нашей стране была установка на то, что во всех наших бедах виноваты родители. И до сих пор многие годами лелеют свои детские обиды, которые мешают двигаться дальше. Это очень удобно: за давностью лет уже никто не сможет сказать, реально ли ваше детство было невыносимым или вам так казалось через призму детского восприятия, так что окружающим остаётся только верить вам на слово.

В любом, даже самом счастливом детстве при желании можно накопать массу причин для нескольких лет психотерапии.

Разгадка очень простая: любое воспитание в обществе — психотравма. Ребёнок тянет пальцы к розетке, ему говорят: «Нельзя» — вот и первая психотравма, маленькому человечку наступили на его желание.

Школьник за невыученный урок получает двойку, ему стыдно, он злится на учителя — вот ещё психотравма, ощущение того, что человек в чём-то хуже своей социальной группы. Подросток влюбляется, но выбранный объект не отвечает взаимностью (вряд ли вообще существуют люди, у кого такого не случалось в юности) — вот ещё одна психотравма, связанная с отторжением, ощущение собственной некрасивости, никчёмности. 

Не бывает воспитания без ограничений, даже если родители вас обожали, а любое ограничение, по большому счёту, психотравма, даже самое разумное. И в целом с того момента, как вы начали жить в мире людей, — вы травматик по определению. Сначала нас ограничивают родители, потом — детский сад, школа, университет, начальник на работе. Всю жизнь вас ограничивают социальные группы, к которым вы принадлежите: группа детского сада, компания во дворе, рабочий коллектив, собственная семья.

<…>

В большинстве случаев значение детских травм преувеличено. Если вы хотите потратить жизнь на то, чтобы обсасывать детские обиды, — имеете полное право это сделать. Но если у вас более интересные планы — избавляйтесь от этого груза. Если вы дожили до того момента, когда держите в руках эту книгу, то вполне справились со своей «невыносимой психотравмой», как минимум социально адаптировались настолько, что окончили школу, научились читать и задаётесь вопросами саморазвития и самосовершенствования. А значит, ваша психика достаточно гибкая и адаптивная для того, чтобы сосуществовать с детскими переживаниями. Подавляющее большинство
родителей любит своих детей. Когда вы оцениваете свою семью, прежде всего исходите из однозначного факта: любой психически здоровый человек хочет быть хорошим.

Всё-таки неадекватные садисты, получающие удовольствие от сознательного унижения других, особенно собственных детей, встречаются крайне редко. Люди в основной своей массе совершают поступки, исходя из своего понимания «хорошо» и собственной призмы восприятия, сформированной опытом, который тоже у каждого строго индивидуален. Это «хорошо» все понимают по-разному, так же как любовь и заботу, и к этому примешиваются ещё и собственные травмы, комплексы, страхи, разочарования. Очень часто родители совершают ужасные, по мнению детей, поступки, именно потому, что хотят «как лучше», но не дают себе труда ни просчитать последствия собственных поступков в жизни отпрысков, ни проанализировать, почему поступают так, а не иначе.

На момент написания этой книги мне 37 лет. Моё поколение, пожалуй, впервые пытается осознавать себя, читать книги из серии «как разобраться в себе», посещать психолога, но всё это пока неуверенно и нестабильно. У поколения моих родителей такого не было. А вот обиды на своих собственных родителей и прописные истины, вбитые с детства (часто в прямом смысле) и принятые за единственно существующие, были — как всегда и у всего человечества. И работать с этим, осмыслять было не принято. Что могли предложить эти люди поколению своих детей, кроме клубка неосознанных чувств, часто не самых приятных воспоминаний и полного непонимания, что с этим делать?

Кроме того, нужно понимать, что способность любить своих детей у каждого разная, так же как способности в других областях. Любовь к детям — это тоже своего рода талант. Все стараются, но не у всех получается одинаково успешно.

Кто-то рождён, чтобы стать хорошим родителем, а у кого-то эти способности слабые или средние. Не нужно видеть здесь призыв к обязательному тесному контакту с родителями. Тем более иногда может существовать повод не ощущать особой близости с мамой или папой: возможно, кто-то из них страдал от алкогольной или наркотической зависимости, бил, унижал, говорил, что из вас никогда ничего не получится, и, несмотря на то, что прошло много лет, вы этого не можете забыть. 

К сожалению или к счастью, но родители — единственные люди, мнение которых будет влиять на вас всю жизнь.

Их слова и мнение будут эмоционально цеплять вас всю жизнь. И строить свою жизнь вы будете либо подражая им, либо диаметрально противоположно («я никогда не буду таким же»). Отношения с ними прошиты в подсознании слишком глубоко, чтобы от них можно было легко избавиться. Но как раз понять это — значит уже отчасти освободиться.

Вообще это абсолютно прекрасный приём в отношении всего, что вас пугает, «якорит», напрягает: как только вы можете определить сдерживающий фактор и подобрать точное слово для страшного явления, его кажущаяся опасность сразу уменьшается вдвое и теряет власть над вами. Это как с маленькими детьми: иногда для того, чтобы избавиться от страха, нужно либо включить свет и показать, что в комнате никого нет, либо нарисовать или описать свой страх, как-то его материализовать. То, что названо, уже знакомо, а значит, не так сильно пугает и цепляет. Страшнее всего неизвестное и непознанное. Только нужно придумать именно своё название: оно должно быть а) честным, б) понятным вам. Не нужно пытаться спрятать страх за словами о раздражении или о гневе, обиду — за желанием, чтобы вас оставили в покое.

Очень важно осознать, что именно вы чувствуете. Это вполне возможно, но придётся потратить время и силы. Вы удивитесь, если задумаетесь и немного понаблюдаете, насколько часто люди называют свои чувства и эмоции неискренними, фальшивыми, не отражающими их суть словами. Они описывают свои эмоции штампованными фразами, которые привыкли употреблять, слышали от знакомых или с экранов, читали в книгах. 

Когда начинаются более детальные «раскопки», становится понятно, что описание «я не люблю свою мать и хочу, чтобы она оставила меня в покое» — на самом деле обида маленького ребёнка, который только и хочет любви и внимания матери. Когда всю жизнь говорилось «люблю и уважаю своего отца, он для меня авторитет», — на самом деле страх и попытка примерным поведением избежать наказания. Да, даже у взрослого, вполне состоявшегося человека. А за «мы с сестрой лучшие подруги, обо всём рассказываем друг другу и каждый день созваниваемся по пять раз» — на самом деле смертельная усталость от беспардонного вмешательства сестры в жизнь и её бесконечной пустой болтовни, элементарное неумение выстроить чёткие личные границы.

Остановимся подробнее на истории «Я хочу, чтобы родители оставили меня в покое», но при этом каждая размолвка вызывает бурю эмоций, даже если она выражается в крике «Просто отстаньте от меня!». В случае реальности и искренности этого желания вы бы просто сократили общение до формальных поздравлений с праздниками и созвона раз в полгода по телефону. Вряд ли вас сильно цепляет мнение нахамившего попутчика в метро — скорее всего, переживать вы будете минут десять — пятнадцать, в особо сложных случаях до вечера. Значит, на самом деле от родителей вам нужно совсем не равнодушие. А что? Чтобы они сказали: «Я горжусь тобой», признали, что ошиблись в каком-то из решений, больше внимания уделяли себе, а не вам. Чтобы приняли ваш образ жизни и перестали критиковать?

Подумайте, что вам по-настоящему нужно от родителей, почему они до сих пор вызывают у вас эмоции почти столь же яркие, как в детстве. Попробуйте подобрать для описания этого те самые, настоящие слова. Когда найдёте ответ на этот вопрос — станет понятно, можно получить искомое от вашей семьи или его нужно искать где-то на стороне. Но это как минимум уже проясняет направление, в котором имеет смысл двигаться дальше. Хватит ходить по кругу обид и непонимания.

Я не призываю к тотальному принятию. Но я призываю к попытке хотя бы понять своих родителей.

Почти всегда наблюдаю, как люди, приходящие на консультации, снова и снова, из поколения в поколение, прокручивают один и тот же сценарий, удивляясь: «У меня как у мамы… А у мамы как у бабушки… Наверное, это сглаз, карма, судьба». Но здесь нет совершенно никакой мистики. Просто одно поколение за другим выстраивает отношения в семье по заведённой схеме, выученной в детстве. Выйти из игры, которая длится много лет, в которой прописаны и определены все сценарные ходы и роли, сложно. И вот мы получаем на выходе, например, ситуацию, когда много поколений детей воспитывает холодная мама и любящая бабушка, которая была такой же холодной мамой для своих детей, но, став бабушкой, разрешает себе любить внуков «на полную катушку». Но всё, что нужно сделать, — не ходить к экстрасенсам в попытке «снять порчу», а начать свою игру, правила которой выбираете вы и никто другой.

Вы вправе и можете всё изменить, даже если десятки поколений до вас жили только так, и никак иначе.

Если вас уже посещали мысли, что у вас жизнь складывается так, как у мамы, папы, бабушки, и вам это не нравится («В нашей семье у всех мужья алкоголики», «В нашей семье никто не умеет зарабатывать», «В нашей семье все дети лучше общаются с бабушкой, чем с мамой»), — подумайте, не повторяется ли этот сценарий из поколения в поколение. Если прослеживается чётко выраженная тенденция, всё, что вам нужно сделать, — выйти из этого сценария, понять, что вы не обязаны его повторять, даже если десятки поколений до вас жили именно так. 

Стройте свою жизнь иначе, первое время чутко отслеживая, не пытается ли подсознание вернуть вас на привычные семейные рельсы. А приёмов для этого у него будет целая куча. Вы понимаете, что снова оцениваете всё мамиными словами? Остановитесь, выдохните и переформулируйте по-своему. Вы можете начать свою собственную жизнь, не по семейному сценарию, абсолютно с любого места, сколько бы ни было вам лет и какой бы багаж ни был за вашими плечами. Помните? Подобрать название, проговорить словами — значит уже наполовину решить задачу.

Почему мы вообще говорим на страницах книги о мотивации о детских травмах и отношениях с родителями? Потому что уйти далеко вы сможете только налегке. Детские обиды — это тяжеленный мешок. И, таская его всю жизнь, далеко вы не уйдёте. Зачем он вам? Избавляйтесь от него как можно быстрее. Конечно, логично было бы посоветовать идти к психотерапевту. И если вы чувствуете, что груз для вас слишком тяжёл и вы не рискуете разобраться с ним сами, если ситуация настолько болезненна, что вы даже думать о ней не можете без слёз (или не можете думать вообще), хотя прошло много лет, — пожалуй, стоит сделать именно так. Кроме того, есть ряд ситуаций, прожитых в детстве, в которых нужна помощь извне. К ним относятся:

  • смерть близкого родственника на глазах у ребёнка;
  • сексуальное и физическое насилие;
  • психическое заболевание одного из родителей, которое манифестировало, когда ребёнок был маленьким (т. е. когда всё детство и юность прошли рядом с психически нездоровым человеком).

Здесь однозначно нелишним будет прибегнуть к помощи профессионала. Обычно такие травмы действительно влияют на всю жизнь и слишком серьёзны, чтобы с ними можно было справиться своими силами.

Но если ваше детство было вполне нормальным, вы никак не можете найти своего специалиста, не готовы идти к нему сейчас, не видите необходимости в личной терапии и не хотите её оплачивать, у вас какие-либо предрассудки в отношении психологической помощи — давайте попробуем хотя бы начать помогать себе самостоятельно. Кому-то этого будет достаточно, кому-то в дальнейшем всё-таки понадобится помощь специалиста. (Кстати, аргумент «Я не псих, у меня всё хорошо, мне не нужен специалист» звучит смешно и нелепо: психолог помогает здоровым людям, а для людей с проблемами психики существует такой специалист, как психиатр.)

Как начать исцеляться от детских травм, обид, всего этого груза? Первое — сказать самому себе, что вы уже взрослый, и, надеюсь, хотя бы примерно представляете, что вам нравится, а что нет. Не нравится, что дети воспитываются во вседозволенности? Выстраивайте мягкие, но сдерживающие границы. Не хотите детей вообще? Не рожайте их. Хотите пятерых, хотя вы выросли единственным ребёнком, а мама всю жизнь презрительно кривилась в сторону многодетных семей, мол, «понарожали нищету»? Хотите работать в стильном современном офисе, каждый день надевать пиджак и галстук? Бросить всё и уехать на Бали, работать удалённо или вообще приостановить трудовую деятельность? 

Делайте так, как считаете нужным. Вы взрослый, и теперь только вам решать, что вы будете делать со своей жизнью. Можете начать день с шампанского или порции мороженого, не работать какое-то время или работать грузчиком в магазине экономсегмента. Никто не может запретить вам это.


Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.