Комментарии

«Можно шутить про всё, потому что так мы рефлексируем». Кристина Биткулова о первом сольном концерте, жёстких шутках и самоцензуре в юморе

Кристина Биткулова — молодой стендап-комик. В своих выступлениях она шутит про российское телевидение, про политиков и про смерть. А недавно у Кристины вышел первый сольный концерт. Мы поговорили с ней о том, как долго начинающий комик готовит первый спешл, как сегодня не бояться обидеть кого-то шутками и когда комик из разряда начинающих переходит на новый уровень.

Неделю назад на ютубе вышел твой первый сольный концерт «Сколько людей». Какие сейчас эмоции испытываешь?

Это как будто день рождения, помноженный на миллион. Потому что очень много людей пишут тебе приятные вещи. Это очень странно, уже три дня я нахожусь в таком ощущении. Чувство реальности потерялось. Я довольна выступлением. Хотя думала, что будет намного хуже, потому что я впервые выступала с таким хронометражем. До этого самое длинное выступление длилось 20 минут, а тут — два концерта по 50 минут. 

Когда комик Денис Чужой предложил мне так выступить, то спросил, выдержу ли я. А я сказала, что не знаю, но можно проверить. Я очень рада, что не забыла текст. У меня не очень хорошая память, на проверочных выступлениях я всё время с телефоном в руках. Я хожу, скроллю, но это не очень красиво выглядит. И тут я подумала: «А если взять и выучить текст наизусть». 

Как публика принимала выступление?

Потрясающе. Я впервые приехала в Питер с выступлением. Мы вынуждены были снимать спешл там, потому что у меня была ошибка новичка: на все свои проверки материалов в Москве я звала людей так, будто это концерт. И вот они приходили на проверки, а потом, когда мы в первый раз снимали концерт в Москве, пару месяцев назад, пришли те же самые люди. И они не особо смеялись, потому что всё это уже слышали. И пришлось менять город. 

Все всегда хвалят питерских зрителей. Они правда удивительные, хотя об этом не хочется говорить в Москве, но в Питере как-то больше понимают культурные отсылки. В Москве на шутку про режиссёра Бергмана все молчали. В Питере публика бурно реагировала: «Да, Бергман — наше всё».

Как сегодня вообще строится карьера комика? Какие этапы нужно пройти?

Для начала нужно на что-то разозлиться. Я разозлилась, что ведущий открытого микрофона, на котором я была в качестве зрителя, сказал: «Никого не перебивайте во время выступления. Если вы считаете, что такой умный и смешной, то сами выйдите и выступите». Я как-то сразу восприняла это на свой счёт, будто он лично меня назвал глупым человеком, который не осмелится выйти на сцену.  Нужно найти открытые микрофоны, записаться на них, записать свои приколы на листочек и выйти на сцену. А дальше — как получится. У всех карьера строится по-разному, но стартовать сейчас в стендапе довольно просто. Это легче, чем выпить кофе.

В среднем сколько примерно времени нужно комику, чтобы подготовить сольный концерт?

Минимум год. Если мы не берём в расчёт Женю Чебаткова — это машина, он странные вещи вытворяет. А у остальных примерно год. Вообще я в первый раз вышла на проверку материала в начале 2020 года, но потом случился коронавирус. А активно писать концерт, придумывать, как все части совместить, я начала именно год назад. Бесконечное количество раз нужно проверять материал. Причём важно понять, когда надо остановиться. Ведь всегда думаешь: «Тут ещё можно доделать, там дописать». И тоже так думала, мол, хорошо, я рассказала эти шутки, но ведь можно ещё что-то написать.

И как ты для себя поняла, что материал готов, что пора остановиться?

Раньше я работала монтажёром на телевидении, и когда начала заниматься стендапом, очень любила рассказывать шутки про ТВ. Потом я решила, что надо перестать рассказывать это блок, раз все его уже слышали. Тогда я подумала, что его, наверное, надо снять. Но у меня же были ещё шутки, их тоже можно было бы снять. Подумала ещё: «Тогда это концерт получается? Ну получается». Обидно, что нет какого-то контролирующего органа, который бы сказал: «Пора». Просто я делилась с некоторыми друзьями, что скоро у меня выйдет концерт. И некоторые так реагировали: «Как, уже?». И я сразу начинала сомневаться: «Может, мне ещё нельзя? Или всё же уже можно?». 

Ты много шутила про свою работу на телевидении. А хотела бы ты сейчас в статусе комика попасть на ТВ? И насколько для молодых комиков это сегодня важно?

Я бы хотела, ведь это огромный опыт. Мне было бы интересно поработать с редакторами телевизионных шоу, повоевать за шутки с ними. Я не испытываю брезгливости к телику. Но ютуб сегодня, конечно, большая сила. Рано или поздно он всех убьёт. 

А в чём сегодня измеряется успех стендап-комика?

Тебе есть что написать в скобочках на афише. Например, участник Stand Up на ТНТ или других проектов. Я думаю, что можно было бы написать на моей афише? «Кристина Биткулова (очень хороший человек, моему мужу нравятся мои шутки, правда хороший комик)». Наверное, успех — это когда не нужно объяснять, кто ты.

Ты говоришь в выступлении, что комики — обычно люди с психологическими проблемами. Это правда или всё же стереотип?

Можешь назвать какого-то комика, у которого не видно каких-то психологических проблем?

Думаю, что для кого-то комедия — определённо замена или аналог психотерапии. Люди говорят о своей боли, о том, что реально беспокоит. 

В целом это моя история. Я занималась с психотерапевтом, пять лет назад мы начали, всё было хорошо. А потом она, к счастью для себя, но к несчастью для меня, ушла в декреты. Мне стало не хватать её. И всё, что я ей хотела сказать, я записывала на бумагу. Сейчас понимаю, что все наши сессии — это были проверки материала. Поэтому мне юмор заменяет психотерапию на 100%. 

Мне кажется, никому не интересно слушать про то, как у другого человека всё хорошо. Должна быть какая-то боль, потому что боль вызывает больше эмоций. Ты намного лучше запомнишь поход в кинотеатр, если перед тобой сидел высокий человек и мешал тебе смотреть. Потом ты точно будешь вспоминать тот поход в кино и как ты на этого высокого чувака злился. 

Концерт начинается с того, что ты сразу прощаешься со зрителями. Якобы можешь не успеть, потому что даже за шутки сегодня могут серьёзно наказать. Какая сейчас обстановка для юмора?

К сожалению, начинается какая-то паранойя. Перед съёмками мне звонили друзья-комики и друзья-журналисты и говорили: «У тебя в конце есть одна шутка, ты её лучше не шути». Но это же раздувание проблемы! У всех начинается самоцензура — это печально. Началось это всё недавно, с истории с Идраком (комик Идрак Мирзализаде, гражданин Республики Беларусь, получил 10 суток административного ареста за шутку о ксенофобии, а после МВД признало его пребывание в России «пожизненно нежелательным». — Прим. ред.).

В контексте этой истории: у тебя есть шутки про политиков, теракты, смерть, которые могут кого-то оскорбить. Насколько спокойно ты выбираешь такие темы для выступлений?

Если человек хочет обидеться, он это сделает. Он сможет обидеться даже на цвет моих волос. Если что-то будет, то я буду разбираться с этим. А пока — всё хорошо. Мне кажется, что нет запретных тем для шуток. Можно шутить про всё, потому что так мы рефлексируем и переживаем проблему. Когда мы начнём шутить про теракты — это будет очень важным шагом. Тогда мы научимся рефлексировать над такими событиями и начнём жить дальше. 

Но лично для меня есть темы, на которые бы я просто сама не стала шутить. Например, я в принципе не могу говорить про семейное насилие. Кто-то может сказать, что я сама себе противоречу. Но мне кажется, что когда мы смеёмся над шутками про домашнее насилие, мы это принимаем и не пытаемся исправить. Когда ты смеёшься, ты принимаешь историю. Просто если это история с терактами, то это уже случилось. Мы это отрефлексируем, будем жить дальше и воспитывать своих детей так, чтобы подобного не было.

То есть если событие уже прошло, то про него можно шутить, а если проблема всё ещё не решена, то лучше не стоит?

Возможно. Это как с темой коррупции. Все про это шутят, и люди как будто бы думают: «Ну ладно, раз уж пошутили, то пусть она и будет». Как будто тут шутки снижают градус серьёзности. 

Ещё в концерте ты говоришь, что если тебя будут обвинять за шутки, непонятно, как про тебя напишет пресса: как про комика или как про «бабу, которая не следит за своим языком». Почему возникает предположение, что тебя могут вот так оценить?

Там был художественный вымысел, надо было как-то закончить шутку. Думаю, про известного комика так бы и написали «стендап-комик», а что писать просто про девочку на сцене? Но с таким отношением я не сталкивалась. Максимум, что раздражает всех девочек, которые занимаются комедией, это когда перед выступлением ведущий говорит: «А теперь давайте похлопаем сильнее, потому что на сцене девушка, постараемся лучше её поддержать». Что? Почему перед выходом парней не говорят «А теперь поаплодируем поменьше»? Хотя девушек в стендапе много, такие вещи всё ещё присутствуют.

У тебя много острых социальных и политических шуток. А вообще как часто в российском стендапе девушки шутят на такие темы?

Я не слышу. Но мне бы хотелось послушать. Может быть, просто это им неинтересно. Я работала с этими темами на телевидении, поэтому мне это интересно. Или же у других девушек есть более важные и незакрытые вопросы, которые они хотят обсудить со сцены. Но я бы послушала ответы других комикесс о том, почему они не шутят про политику. 

В какой-то момент на проверках я рассказывала много политических шуток, и люди мне начинали укать, мол, не рассказывай нам это, мы не хотим про это слушать. Это было летом, когда были митинги, люди приходили на стендап, чтобы отвлечься, они не хотели думать о политике ещё и здесь. Поэтому такие шутки и их восприятие зависят от политической обстановки в стране. 

А ты корректируешь тематику своих выступлений в зависимости от реакции зала?

Из-за того, что я пока начинающий комик, я подвластна публике. Я думаю, что надо всем понравиться, поэтому пока не могу гнуть свою линию. Но надеюсь, что потом буду, потом все у меня получат. 

Но у тебя есть и шутки про семью, маму, мужа. Про что нравится шутить больше?

Всё интересно. Я начинала с шуток про телевидение. Я как раз тогда только ушла с работы, мне нужно было это как-то отрефлексировать. Записать, на что я была обижена, что во время работы было прикольно, а что неприкольно. А потом уже пошло по накатанной: что происходило в жизни, про то я и писала. 

Говорят, что сегодня стендап — новый рэп. Комики очень популярны. Становятся ли девушки-комики сегодня звёздами или пока это распространяется только на парней? 

Видимо, пока только на парней. Например, я не вижу девушек в рекламе «Адидаса», а Чебаткова я вижу (просто я с Женей дружу, поэтому часто его вспоминаю). А ещё они не ходят к Дудю, хотя должны. Но это вопрос уже к Юре. 

Как ты предпочитаешь, чтобы к тебе обращались: комик, комикесса, девушка-комик? 

Из-за новой этики сейчас каждый сам выбирает, как себя называть. Я всегда тусила с мальчишками, и я не привыкла к феминитивам. Мне больше нравится, когда ко мне обращаются стендап-комик. Но я всех принимаю, понимаю, запоминаю: это у нас комик, а это — комикесса.

Тогда назови топ‑3 любимых комикесс.

Это точно Ника Тарасевич. Ещё Вера Котельникова и Рита Якобсон. И, наверное, я назову одну американку — Тиг Нотаро.

А как ты относишься к западному стендапу? Следишь за тем, что происходит в американской комедии?

Вообще-то нет. Мне неинтересно, в хорошем смысле, его смотреть. В американском стендапе всё по-другому работает. Я понимаю, что такое в московском клубе никогда бы не сработало, люди бы не смеялись. Люди в России все выросли на КВН и на Com­e­dy Club. Мы не слушаем истории, нам нужны быстрые шутки. В Америке публика уже воспитанная, она умеет слушать длинные истории, но у них и культура стендапа существует намного дольше. 

В концерте ты говоришь, что хочешь быть хорошим комиком. Что это для тебя значит?

Быть востребованным. Чтобы люди тебя ждали на концерте, например, в Твери. Чтобы вокруг тебя был хороший вайб.

Первый сольный концерт — это определённый рубеж, который ты перешла. А какие планы дальше?

Мой друг задал мне этот вопрос, когда я выпустила концерт. И он меня загрузил, потому что я об этом не думала. Теперь у меня есть, грубо говоря, резюме. Раньше я могла хотеть куда-то поехать, где-то выступить. Но я бы позвонила в клуб, рассказала о себе, у меня бы попросили ссылки на выступления, и что бы я им показала? Разве что в очередной раз рассказала, как моему мужу нравятся мои шутки. Мне бы тогда посоветовали бы мужу их дальше и рассказывать. А теперь есть запись, её можно рассылать, ездить по городам. 

А ещё надо писать второй концерт. Опять же, говорят, что это такая ошибка новичка, когда ты думаешь, что в год сможешь писать по несколько концертов. Но я буду сейчас дописывать второй, хотелось бы его уже везде рассказывать, показывать. Треть материала, надеюсь, на второй концерт есть. Я ещё, к сожалению или к счастью, сейчас беру темы, которые в комедии считаются избитыми: истории про таксистов, про аэрофобию, про людей в метро. Про это уже все пошутили, поэтому больше и не надо. Но у нас ведь нет органа, который законодательно запретит про это шутить. Казалось бы, избитые темы, но у всех ведь свои истории. И я буду их разгонять.

Несколько раз ты назвала себя новичком. А когда ты сама посчитаешь, что перешла на новый уровень?

Я до сих пор ёжусь, когда меня представляют как комика. Думаю: «Да нет, да я монтажёр на самом деле, а не комик». Опять же, подойти сейчас к любому в Москве: у каждого второго есть подкаст, а каждый третий занимается стендапом. Поэтому в этом огромном мире комедии я пока новичок. Не знаю, может, понадобится ещё год или два, а может быть, участие в каком-то проекте превратит меня из новичка в более-менее крошечку комика. 

Окончила журфак МГУ, теперь изучаю политологию. Ищу интересных героев и рассказываю об их тяжёлом или вдохновляющем опыте, исследую жизнь в России. Хочу способствовать репрезентации женщин в различных сферах и разрушать стереотипы.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.