Знать
1 июля

Интервью Mary Gu: как преодолеть боль через творчество, перешагнуть тяжёлое прошлое и достичь успеха всем назло

Разговор про раннее взросление, развод и поиск сил, когда мир в огне.

Полина Накрайникова
Полина Накрайникова
Редактор роста «Горящей избы».

«Сегодня она не вернётся домой, хорошая девочка стала плохой», — спела Mary Gu в 2021 году и тем самым буквально записала гимн девушек, которые не хотят жить согласно стереотипам. Сейчас Мария Богоявленская собирает стадионы и записывает совместные треки с Эльдаром Джараховым, но её путь к славе был тернист. Маша родилась в небольшом городке Похвистнево с населением в 28 тысяч человек. У мамы девушки была наркотическая зависимость, и поэтому Машу воспитывала бабушка. Чтобы выжить, уже в 13 лет певица была вынуждена выйти на работу. Мы поговорили с Машей о её пути, раннем взрослении, разводе и способах перешагнуть прошлое.

У тебя выходит новая песня «Невеста». О чём она? 

Эта песня получилась совершенно спонтанно. Я написала её прошлой осенью, когда мне было особенно грустно. Я разводилась, и это было очень болезненно. Какими бы вы с партнёром ни были друзьями, как бы ни пытались сгладить углы, развод — это неприятный процесс разъединения, и прожить его легко невозможно. Мне казалось, что это никогда не закончится, всё было очень мрачно.

Тогда мне показалось, что в моих песнях не хватает голоса сильной женщины. У меня в треках очень много страдальческой темы: я рассказываю о том, как сложно жить с неразделённой любовью, как хочется, чтобы мужчина обратил на тебя внимание. И не было чего-то, что девушка могла бы включить и поднять себе настроение. 

Это песня про то, что я не хочу быть чьей-то невестой, у меня есть свои личные цели и есть я. Такая заявка на независимость. Очень по-феминистски получилось.

Чему тебя научил опыт брака и развода?

Я вынесла, что брак в целом не меняет ваши отношения. Штамп в паспорте не укрепляет связь и не даёт никаких гарантий, что у пары всё будет хорошо.

Для меня лично брак стал тяжёлым обязательством, которое не позволяет тебе делать выбор каждый день. Ты просыпаешься и видишь человека рядом с собой — просто потому, что вы расписаны, потому что он муж, а ты жена. А мне гораздо прикольнее, когда люди друг друга не держат, никак друг от друга не зависят, но всё же выбирают быть вместе. Слишком много обязательств — мне кажется, именно это и разрушило мой брак.

Росла ли ты в парадигме, что девушке обязательно для счастья нужно выйти замуж?

Нет, такого не было. Моя мама никогда не была в браке, а бабушка рано овдовела. И у меня всегда перед глазами был пример женщины, которая ни от кого не зависит. Мне никто не говорил, что я должна быть под крылом и за спиной у супруга. Конечно, бабушка желала мне личного счастья, но я убеждала её, что это другим со мной должно быть спокойно, а не мне с другими.

Какие из стереотипов, навязываемых девушкам, бесят тебя сильнее всего и почему?

Наверно, что женщина должна быть красивой 24/7. Но меня бесят и стереотипы, связанные с мужчинами. У нас вообще в целом все что-то кому-то должны: женщины — стоять у плиты, мужчины — зарабатывать много денег. Хотя всё давно изменилось и эти установки устарели.

В твоих песнях всегда очень много личного. Какую бы ты назвала самой личной и почему?

Это «Папа». Песня про мою семью, про мою историю, про моё детство. До неё я так не раскрывалась перед публикой.

В этой песне есть слова: «Мама, говорят, любила тебя без остатка / Превращала в достоинства твои недостатки / Остался вопрос: Почему она ради тебя подсела / А ты ради неё не бросил?». Помогает ли творчество забыть болезненные воспоминания или, наоборот, заставляет пережить детские травмы снова?

Когда пишешь слова, в моменте, конечно, приходится заново переживать боль, а потом отпускает. Ты будто отправляешь историю в мир, и она начинает жить отдельно от тебя. А это помогает проживать прошлое.  

После выхода трека мне написало много людей. В ответ на мои слова они присылали свои истории, бесконечное множество. И все были удивительными по-своему и очень личными.

Если бы ты могла дать совет взрослым детям, которые росли в семьях с алкогольной или наркотической зависимостью, что бы ты им сказала?

Я, кстати, хочу уточнить, что у моих близких была не алкогольная, а именно наркотическая зависимость, это две разные вещи. Алкоголь делает людей агрессивными. В острой стадии это всегда дебош, и это страшно. Мне кажется, даже страшнее, чем то, что происходило со мной. 

В моём же случае мама просто не смогла справиться с героином. В момент своих приходов она была спокойная. При этом я чувствовала себя ненужной, потому что видела, что она ставит в приоритет свою зависимость, а не семью.

Я не знаю, что сказать людям, которые живут в постоянном страхе, в семьях, где происходят треш и насилие. Я могу разве что посоветовать им бежать в помогающие организации и соответствующие органы, чтобы попытаться себя обезопасить. А тем, кто, как я когда-то, вынужден мириться с протекающей фоном зависимостью близких людей, причиняющей боль… Думаю, вам просто нужно искать внутренние силы. Нащупывать личные интересы, учиться ставить акцент на себе, а не на других людях. Потому что мы ни в чём не виноваты. И нам важно уметь позаботиться о себе.

Так как родители не принимали участия в твоём воспитании, тебя воспитывала бабушка. Расскажи о ней. 

Бабуля — это божий одуванчик. Она просто мировая. Добрая, милосердная, праведная, что ли. Она никогда в жизни не подумает про человека плохо и искренне хочет, чтобы все вокруг были счастливы. Наверное, именно от неё у меня есть тяга к миру во всём мире.

Но в то же время в силу жизненных обстоятельств моей бабушке пришлось стать боевой. Она рано потеряла мужа и осталась одна с двумя детьми. Это тяжёлое потрясение для любого человека. Но обстоятельства не сделали бабушку более жёсткой — она стала более самостоятельной, но не озлобилась на мир.

Хотелось бы тебе быть похожей на бабушку?

Да, но только отчасти. Я вижу в ней отголоски советского воспитания, которое наше поколение пытается искоренить — это жертвенность, жизнь не ради себя, а ради людей. Когда задаёшь людям этого возраста вопрос: «Чего вы хотите на самом деле?» — они отвечают: «Ну, чтобы у всех всё было хорошо». Их никто не учил слышать самих себя, а мне кажется, это важно.

Но при этом есть многое, чему я хотела бы научиться у бабушки, например доброте, душевному спокойствию. Особенно спокойствию. Мне его очень не хватает.

Как ты считаешь, трудное детство сделало тебя сильнее или, скорее, отдалило от успешного старта? Есть мнение: «что не убивает — делает сильнее», а есть «что не убивает — просто сильно ранит, и не стоит это романтизировать».

И то и другое. Да, меня ранили. Но что будет дальше, зависит от конкретного человека: ты либо пытаешься сделать выводы и жить дальше, и тогда сложности превращаются в опыт, или ломаешься, и тогда прошлое становится травмой, которая портит всю дальнейшую жизнь. Причём не только тебе, но и окружающим людям.

Как было в твоём случае?

Доказать людям, чего я стою, стало моей главной мотивацией по жизни. В детстве меня постоянно обижали, говорили: «Ну и куда ты? Кто тебя ждёт? Ты понимаешь, где вообще родилась? Куда ты лезешь!» Борьба с этими фразами была главным стержнем моего прогресса.

Меня всегда поддерживала бабушка, но в какой-то момент и она перестала надеяться, что я смогу стать певицей. Она помогала мне, но практически не верила в успех. Потому что перед её глазами и глазами окружающих не было примера человека, который достиг своей мечты. Ни с кем из знакомых ничего подобного не случалось: кто-то во что-то верил, пытался сделать шаги вперёд, но в итоге возвращался к стартовой точке.

Бабушка предлагала мне поступить в «серьёзный» вуз и получить «нормальную» профессию — просто потому, что желала мне лучшей жизни. А вот все остальные, особенно школьные учителя, лучшей жизни мне не желали — просто гнобили. Думаю, их раздражало, что кто-то ведёт себя нестандартно.

Был ли в твоей жизни момент, когда ты вернулась в старую школу и сказала: «Ну что, кто тут в меня не верил, посмотрите, чего я достигла»?

У меня такого момента не было. Когда ты становишься выше, чем подростковые проблемы, тебе уже не хочется ничего никому говорить. Раньше это казалось крутым и важным. Сейчас уже нет.

А когда ты поняла, что всё это для тебя уже не важно?

Когда в родном городе попытались заказать мой концерт на крупное мероприятие вроде Дня города. И услышав цифру, за которую я работаю, ответили: «Ну, не сегодня... А может быть, сделаешь скидку?» Но там даже со скидкой не получалось — ну нет у них такого городского бюджета, который мог бы вывезти нас с коллективом. И я поняла, что если уж мир вокруг так изменился, то мне точно нечего делать в моей школе и что-то кому-то доказывать.

Какой была твоя первая работа?

В 13 лет я выступала на корпоративах. На мой старт сильно повлияла материальная ситуация. Когда ты подросток и понимаешь, что тебе просто неоткуда взять деньги, а бабушка говорит, что ей нечего тебе дать, кроме пенсии, приходится зарабатывать самой. 

Я умела петь, и это мне помогло. У меня была преподавательница по вокалу, с которой мы до сих пор дружим, и она вела свадьбы. Понимая мою сложную жизненную ситуацию, она брала меня на свадьбы спеть четыре-пять песен, чтобы я заработала лишнюю тысячу рублей. 

Не помню, на что потратила свою первую зарплату, но могу предположить, что на какую-нибудь прикольную майку. Одежды сильно не хватало. Когда я училась в школе, мне всегда хотелось выглядеть по-разному, а это было просто технически невозможно, потому что у меня были только одни джинсы и одна кофта.

Во сколько лет ты впервые почувствовала себя взрослой? 

Мне кажется, я до сих пор не взрослая. Те, кому пришлось рано повзрослеть, скорее, проживают иллюзию взросления. Ты просто принимаешь жизнь такой, какая она есть, решаешь задачи, несоизмеримые твоему возрасту, но не проходишь важные этапы становления в полной мере. Сейчас я делаю взрослые дела, плачу по счетам, работа вроде серьёзная, что-то покупаю, куда-то езжу. Но чувствую ли я себя взрослой на самом деле? Не знаю. Наверное, вокруг и нет никаких взрослых.

Что сегодня для тебя самое клёвое в том, чтобы быть певицей?

Стираются все границы. Ты понимаешь, что нет ничего невозможного. Исчезает черта «это не для меня, а для какой-то другой категории людей». Это происходит, когда собираешь первый концерт, когда знакомишься с людьми, с которыми, казалось, не встретишься никогда. И вдруг понимаешь, что мир — он для тебя.

Какой своей работой ты особенно гордишься?

Песней «Виселица». Она супернепопулярная, хотя у неё прикольный текст. Мне она нравится, во-первых, потому, что я говорю о проблеме, которая меня волнует. А во-вторых, потому, что песня такая грамотная! Там и рифмы, и панчи! Ну правда, классная песня.

За что ты сильнее всего себя критикуешь?

Я пофигистка невероятнейшая. Для меня нет понятия «серьёзное мероприятие». Мне говорят — сегодня большая премия, важный выход, крупный концерт. А я в ответ: «А? Да...»

Я никогда ни к чему не готовлюсь. Если есть настроение нарядиться, наряжусь, если нет, приду в майке. Мне нет разницы, будет ли это городская площадь или концертный зал, две или пятнадцать тысяч человек. И я немного ругаю себя за такое отношение, ведь мне хочется работать лучше, профессиональнее, подготовленнее. Но сейчас я одна из тех людей, кто дай бог один раз перед сольным концертом приедет на репетицию. Я смотрю на репетиции других и думаю — как вы это делаете, господи боже! Я в этом плане лентяйка.

Когда и о чём ты последний раз плакала?

Пару-тройку дней назад, потому что устала. Просто устала. У меня было несколько перелётов и переездов подряд, я провела дома всего два часа и осознавала, что нужно выезжать в следующую точку, да просто жить жизнь, а мне некогда. И тогда я села, поплакала и пожалела себя: вокруг столько дел, а я ничего не успеваю! Невозможно держать в голове всё — просто не получается.

Как изменилась твоя жизнь после 24 февраля?

Вдруг стало понятно, что от тебя ничего не зависит. Что ты не знаешь, что будет завтра. Что ценность твоей жизни резко стала равна нулю. Ты никак себя не можешь обезопасить и больше не чувствуешь себя защищённым ни в какой момент времени.

Почему ты решила не останавливать концертную деятельность?

Я не вижу в этом смысла. Если ты умеешь только давать концерты и способен этим поддержать других людей — делай то, что можешь. Мне важно, чтобы люди, которые за мной наблюдают, не тряслись от страха, чтобы они продолжали жить. Ведь кто знает, что будет завтра? Давайте хотя бы сегодня сходим на концерт, попоём песни, почувствуем, что мы вместе.

Что помогает найти в себе силы, когда мир вокруг в огне?

Близкие. И ещё какие-то очень простые вещи: съездить на дачу, выгулять собаку. Что-то, что ты можешь контролировать в моменте и что реально зависит только от тебя. Помочь кому-то — незначительно: донести пакет из машины, перевести бабушку через дорогу. Что-то хорошее, доброе, маловажное на первый взгляд, но дающее ощущение стабильности. Только так.

Фото на обложке и в материале: Александра Ким, коллаж на обложке: Софья Игинова