Комментарии

Как распознать абьюзера до того, как он ударит. Отрывок из книги Дианы Садреевой «Ты не виновата»

Абьюзивные отношения не только сложно разорвать, их трудно сразу распознать. Но чем раньше получится найти паттерны манипулятора и агрессора в поведении партнёра, тем больше шансов выйти из отношений до того, как они превратятся в кромешный ад. В книге «Ты не виновата» Диана Садреева рассказывает о признаках абьюза.

О книге:

Журналистка Диана Садреева полтора года общалась с жертвами домашнего насилия, правозащитниками, активистами движения за права женщин и сотрудниками фондов помощи. Она проделала большую работу, чтобы помочь людям осознать, что такое домашнее насилие, в чём его опасность и как найти в себе силы прервать разрушительные отношения, даже если это кажется невозможным.

Мы публикуем отрывок из главы «Как понять, что в отношениях есть абьюз».

«Самый простой ответ, почему абьюзер это делает, — потому что может»

Александра Олейник — клинический психолог, специализирующийся на консультациях тех, кто перенёс травматические события. Александра является основательницей движения «Круг доверия», а также сотрудницей проекта «Тебе поверят», цель которого — сократить уровень сексуального насилия над подростками и детьми. С Александрой мы разговариваем о том, что понимается под формулировкой «домашнее насилие», какие циклы насилия существуют и что происходит с абьюзером, когда уходит его жертва.

<…>

Цикл насилия

Американский психолог Ленор Уолкер, исходя из собственного опыта, разработала теорию цикла насилия. Модель описывает динамику близких отношений, в которых есть абьюз. Уолкер считает, что существует закономерность и что если ни один из партнёров не разрушит цикл, то насилие становится всё интенсивнее, его частота нарастает.

Первая фаза. Нарастает напряжение.

Вторая фаза. Совершается насилие.

Третья фаза. Происходит примирение. Иногда абьюзер просит прощения, обещает, что ничего подобного больше не произойдёт, раскаивается, иногда молчит и не комментирует происшедшее.

Четвёртая фаза. Наступает «медовый месяц». Оба чувствуют эмоциональный подъём и эйфорию, жертва становится уверенной: подобное больше не повторится.

Пятая фаза. Оправдание абьюзером совершенного насилия. «Я поступил нехорошо, но и она вела себя неправильно» — так он освобождается от чувства вины.

Шестая фаза. Очередное нарастание недовольства и напряжения.

Седьмая фаза. Достаточно одного неправильного слова или действия со стороны женщины, и происходит новая вспышка насилия со стороны мужчины.

— Что, исходя из вашей практики, становится последней каплей?

— В основном если детям начинает грозить серьёзная опасность или женщина наконец-то находит нужную поддержку. Но даже если жертва уходит, это не означает, что, во-первых, она не вернётся, а во-вторых, будет в безопасности.

— Почему женщины возвращаются?

— Опять же — цикл насилия и присущие ему закономерности: прощение, «медовый месяц» и так далее. Ну и важный момент — сверхзначимость любви и семьи. В сознании среднестатистического российского жителя сам факт наличия семьи важнее того, что в ней происходит.

— Что происходит с абьюзером, когда его жертва уходит?

— Бывает по-разному. Может возникнуть очередной агрессивный (чаще всего крайне опасный) эпизод, насильник начинает возбуждать жалость у жертвы и их общих знакомых (он так раскаивается!) или обращается к продуманным способам психологической манипуляции.

История Айгуль

Моя история абьюза началась ровно в тот момент, когда я наконец собралась с силами и разорвала отношения с гражданским мужем и отцом моего ребёнка. С тех пор жизнь стала филиалом ада (как я его себе представляю). Муж очень долго не мог смириться с тем, что я приняла решение расстаться. Как я пришла к этому? Открыла глаза однажды утром и подумала, что больше не хочу просыпаться рядом с этим человеком: он был мне неприятен, я его не любила, он не делал меня счастливее. Ждала подходящего момента ровно год. Дважды он закатывал истерику из разряда «мама, не горюй» — с демонстративным уходом, ором, унижениями и так далее (до рукоприкладства руки не дошли). Только на третий раз я сказала себе: «Хватит. Если не сейчас, то никогда».

Сначала муж не  мог поверить, что всё — это совсем всё. Считал, что одумаюсь и просто нужно время. Но я приняла решение — значит, с этим человеком точно не хотела быть вместе.

С его стороны были использованы все «аргументы» — сначала умолял, стоял на коленях, дарил сто одну розу, просил прощения, потом угрожал, унижал, обзывал. Целый год терпеливо выслушивала его по телефону.

Считала себя тоже виноватой, что отношения закончились вот так некрасиво. Он звонил и звонил, унижал и оскорблял. Я терпела. И одновременно скрывала другие отношения (одни буквально на две ночи, другие на неделю, третьи уже долгосрочные, с планами на будущее). Смешно вспоминать: встречалась с мужчиной по ночам, чтобы сын ни о чём не догадывался и смог честно ответить папе на вопросы, например: «А мама дома ночевала?» В общем, бывший муж меня контролировал, я его боялась.

Весной, чуть меньше чем через год после разрыва, поняла, что дальше так продолжаться не может. Это высасывало из меня все соки. Я обратилась к психологу за помощью.

Один её вопрос-утверждение многое расставил по своим местам: «Если вы это позволяете, значит, получаете что-то взамен — удовольствие, ощущение власти или нечто другое». Буквально на следующий день, когда супруг снова начал требовать непонятно чего (то ли секса, то ли денег, которые потерял из-за разрыва), я просто перестала отвечать на его звонки.

К чему всё привело? В один из вечеров он напился и приехал якобы погулять с сыном. Вызвал меня на улицу по домофону, начал обзывать, добиваться, чтобы назвала имя мужчины, с которым у меня был секс, дала его номер телефона.

В какой-то момент мы с сыном оказались на лавочке, и тут мне прилетела оплеуха. Я просто опешила, потому что была уверена — до этого не дойдёт. Сын разрыдался, отправили его домой, а я осталась «договорить». Итогом стали объятия, обещания, оплеуха, объятия, слёзы, оплеуха.

К тому моменту на него в полиции уже лежали два заявления, но ни одному не дали хода. Меня удерживало только то, что надо потерпеть, отправить бывшего супруга домой и поехать в травмпункт снимать побои. Так мы с ним «проговорили» возле подъезда около часа. В итоге он, будучи в полной уверенности, что всё нормально и я «всё поняла», уехал. Я написала подруге и попросила отвезти меня в травмпункт, там отправили на рентген. Оказалось, что он сломал мне нос, наставил синяков. Медсестра тут же переправила информацию в полицию, и из поликлиники я поехала в районный участок [отдел полиции] — давать показания.

С того момента я везде внесла мужа в чёрный список, и звонок из полиции на следующий день стал для него сюрпризом. Было много грязи — он взламывал мои соцсети и аккаунты, создавал профили с моими именем и фото, угрожал и молил. В итоге дело закрыли.

Супруг сказал, что это он договорился. Не знаю. Однажды мне надоело еженедельно названивать участковому и ждать повестки в суд, и я отпустила ситуацию. Какое-то время мы вообще не общались. Иногда он приходил к нашему подъезду, пытался со мной поговорить. Последний эпизод, наверное, случился прошлой зимой, когда он, появившись в секции, где занимался сын, орал на меня, толкал, схватил за шею и в конце концов плюнул в лицо. Не знаю, миновал ли кризис, но вот уже около года мы общаемся очень мало, и я очень рада, что больше мне никто ничего не ломает.

Но зачем агрессору женщина, которая его не любит?

— Когда жертва уходит, абьюзер теряет ощущение власти.

А что испытывает женщина, когда уходит?

— Страх и стыд. Над ней совершали насилие, и она считает, что быть жертвой унизительно, а ещё ей стыдно, потому что, недостаточно пострадав, попросила о помощи. Всегда кажется, что есть люди, которые мучаются больше, и это заставляет бесконечно откладывать обращение за поддержкой.

— Чем опасна отсрочка?

— Тем, что жертву просто-напросто могут убить.

— Обязательно ли женщине, столкнувшейся с домашним насилием, обращаться за помощью к специалистам и психотерапевтам?

— Конечно, это нужно делать, потому что посттравматическое расстройство может усугубиться в любой момент — когда мы не ожидаем. Люди, пережившие насилие, проходят через угрозы, манипуляции, стыд и осуждение и молчат годами. На протяжении всей жизни испытывают травмирующий стресс, депрессию, думают о суициде, имеют критически низкую самооценку и сложности с построением близких отношений. Другое дело, что пока живём в ситуации насилия, мы его внутренне обесцениваем и для самих себя нормализуем. Иногда это единственный вариант выжить.

— Бывает, например, такое, что взрослый человек не помнит деталей насилия, которое было совершено по отношению к нему в детстве.

— То, что человек забывает абьюз, не означает, что тот на него не повлиял. Часто бывает, что пострадавший не помнит сам инцидент, но у него всё равно есть все симптомы непростого психологического состояния: депрессия, пищевое расстройство, страх прикосновений. Если я всю жизнь нахожусь в шоковом состоянии, это не означает, что у меня всё хорошо. Состояние может ухудшиться в любой момент, и вот тогда очень важно получить квалифицированную помощь. Будет больно — сродни неправильно сросшемуся перелому: сначала мы ломаем его, а потом заново восстанавливаем. Любой психотерапевт скажет, что однажды может стать хуже; мы предупреждаем и готовим к такому развитию ситуации. Без этого иногда не обойтись.

Как понять, что ваш партнёр может быть абьюзером?

  • Он неуважительно отзывается о прежних партнёршах и женщинах в целом.
  • Он неуважителен по отношению к вам.
  • Он делает одолжения, о которых вы не просили: всячески пытается помочь по собственной инициативе, а потом устраивает из этого показательный спектакль, и вы испытываете чувство вины за то, что недостаточно благодарны.
  • Он контролирует, куда вы идёте, с кем, на каком виде транспорта добираетесь до дома. Контроль всегда начинается незаметно — с замечаний об одежде, с комментариев о друзьях и родственниках, с уговоров бросить работу или перейти на другую, с непрошеных советов о том, как нужно жить.
  • Он постоянно ревнует. Ревнивое поведение — один из  самых верных признаков будущего унижения. Ревность как чувство отличается от ревнивого поведения. Любой человек может чувствовать какую-то неуверенность в определённых ситуациях, однако, если он требует, чтобы вы отказались от общения с  людьми, чтобы успокоить его ревность, можете быть уверены — последует продолжение.
  • Он никогда не признаётся, что виноват.
  • Он напирает в вопросах секса. Это важный сигнал. Неуважение к вашим желаниям свидетельствует, что он эксплуатирует вас. Секс как доказательство любви неприемлем.
  • Он стремится быстро перейти к  серьёзным отношениям. Даже если вам хочется верить в обратное, то, скорее всего, желание быстрее перейти к стадии общего быта и совместной жизни — это попытка быстрее связать вас по рукам и ногам. Если к вашему мнению в этом вопросе не прислушиваются, это может служить плохим сигналом.
  • Он запугивает, когда сердится, перекрывает путь и ограничивает свободу перемещения, говоря, что «пытается лишь заставить выслушать его».
  • Он замахивается, делает угрожающие замечания наподобие «Ты ещё пожалеешь», «Мало не покажется».
  • Он опасно водит, когда сердится.
  • Он колотит по стенам и дверям.
  • Он швыряется предметами — необязательно в вас.
  • Он оперирует двойными стандартами — одни «правила» для него, другие для вас.
  • Он совсем по-другому относится к вам в присутствии других людей.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.