Комментарии

«Я хотела семью и спокойную жизнь»: истории женщин, которые попали в кризисные центры

По данным исследования СПбГУ, жертвами насилия в семье в 75% случаях становятся женщины, а в супружеском насилии их доля достигает 91%. Многие пострадавшие остаются с абьюзерами, потому что не имеют собственного жилья и средств к существованию или не знают, куда обратиться за помощью. Вместе с сетью взаимопомощи пострадавшим от домашнего насилия «ТыНеОдна» мы нашли женщин, которые обратились в кризисные центры в разных городах России, и узнали, как им там помогли.

Фотография человека
Юлия, 37 лет

Московская область, центр «Дом надежды»

«Я его закодировала, но он стал употреблять наркотики»

Я родилась на юге России, в 2006 году вместе с мамой переехала в Москву, нас позвал мамин брат, он работал в одном из московских театров. Мы хорошо жили, обе устроились на работу. Здесь я познакомилась со своим первым мужем, в 2008 году родила сына. Но через два года мы разошлись, а позже муж попал в аварию и погиб. Тогда мы с сыном и мамой перебрались в Подмосковье к маминому брату. 

В 2015 год умерла моя мама. Мамин брат со своей женой попросил меня уйти из квартиры, где мы жили. Прав мы с сыном на неё не имели, собственником был брат. Я пошла в органы опеки, мол, ребёнка выгоняют, но нам отказали в помощи. Потом мамин брат переписал квартиру на свою жену, чтобы я уже никак не могла подать на них в суд.

кризисные центры

Я работала на заводе заместителем технолога, получала хорошую зарплату и снимала квартиру. Но потом меня сократили, денег стало меньше, я решила снять комнату в Подмосковье. Так я познакомилась со своим вторым мужем — я остановилась в доме у его матери. Мы стали с ним общаться, сдружились, решили пожениться. Поначалу всё было хорошо, но он начал выпивать, возникали скандалы. Я его закодировала, но он стал употреблять наркотики. 

А в пандемию я потеряла работу. Мы все так же жили с его матерью, и она начала давить на меня, мол, мы с сыном иждивенцы. В итоге она нас выгнала. Я переночевала пару дней у подруги, но у неё однокомнатная квартира, дети. Мне пришлось вернуться, просить на коленях прощения, хотя я ни в чём не была виновата. Тогда свекровь позволила нам с сыном вернуться. Но унижения продолжились.

«Я хочу убить её, ребёнка убить»

Мужу было всё равно, он практически всегда был под кайфом. А потом вернулся брат мужа из тюрьмы, он сидел за убийство. Брат пил, всё время ходил с ножом, мог сам с собой с собой разговаривать: «Я хочу убить её, ребёнка убить, но не могу, не знаю, что мне делать». Мне было страшно. Я просила мужа снять отдельную квартиру. Но он говорил, что мы не потянем. Я понимала, что он просто не хочет. 

На Новый год брат мужа избил меня. На тот момент я была беременна, из-за этого потеряла ребёнка.

Я вызвала полицию, брат был после освобождения под надзором, но полицейские ничего делать не стали. Они спрашивали, поеду ли я писать заявление. А куда я в этот момент поеду? У меня кровотечение сильное. Мужа тогда дома не было, он был на вахте в Москве. 

Моему сыну 12 лет — такой возраст, когда человек формируется, он всё видел, всё понимал. И вот я не выдержала, позвонила в центр «Китеж», рассказала про свою ситуацию, что мне некуда идти. Я подгадала такой момент, чтобы никого не было дома, собрала вещи первой необходимости, уехала за сыном в школу и оттуда уже в Москву. В феврале 2021-го мы были кризисном центре.

В «Китеже» мне сразу сказали, что здесь женщины могут оставаться только несколько месяцев, это пороговый приют. Но мне пошли на уступки. Мы перевели сына в новую школу в Москве, поэтому нам позволили остаться до конца его учебного года. Я начала работать, чтобы накопить немного денег. Уехать на свою родину я не могла, потому что там нет никакого жилья, родственники всё продали. 

В «Китеже» я адаптировалась к более-менее спокойной жизни. Нам помогал проект «ТыНеОдна». Они присылали нам сумки с косметикой и бытовой химией. Как и все девушки там, я не могла себе позволить этого купить, денег практически не было. А так нам дали почувствовать себя женщинами, даже хорошая тушь в такой ситуации — большая радость. В конце мая сотрудники «Китежа» помогли найти новый центр, и мы с сыном переехали.

Сейчас мы в Московской области в центре «Дом надежды». Какое время мы здесь пробудем, я не знаю. Я нашла работу, сын осенью пойдёт в новую школу. Нужно сделать регистрацию. Я выписалась, когда мама умерла, потом была временная, но она закончилась. А без регистрации урезаются возможности, сложнее встать на ноги. 

«Сейчас я постоянно меняю номера, боюсь, что муж меня вычислит»

Я пыталась подать на развод, когда уже была в «Китеже», но муж против. Я звонила, пыталась поговорить спокойно, но не вышло. Он очень агрессивно со мной говорил, оскорблял, угрожал. Я поняла по голосу, что он снова пьёт. Тогда я подала в суд, чтобы нас развели. 

Сейчас я постоянно меняю номера, боюсь, что муж меня вычислит. Не так давно до меня пыталась дозвониться свекровь. Но я общаюсь с психологом, она мне посоветовала не брать трубку, не идти с этими людьми на контакт. В «Китеже» психолог работал только со мной, но в новом центре я думала о том, что психолог должен ещё и с ребёнком поработать. Сын мне всего не говорит, но нет-нет да что-нибудь у него и вырывается: «Мама, а ты помнишь случай? А вот этот?» Он вспоминает плохое, у него тоже есть травма. А сколько школ он поменял! Из-за этого у него совсем нет друзей.

Я сразу решила, что разведусь с мужем. Насилия я больше не хочу, рисковать жизнью ребёнка не хочу. Семья мужа выгнала меня один раз. Тогда я вернулась, и они подумали, что со мной теперь можно делать всё что угодно. Они знают, что у меня нет родственников, что мне некуда пойти. А мне ведь обидно, почему это всё случилось со мной? Я не пью, не гуляю, детей не бросаю. Я ведь просто хотела семью и спокойную жизнь. Но теперь я не знаю, будет ли она у меня. После всего, что было, я боюсь. 

Фотография человека
Оля (имя героини изменено), 24 года

Ростов-на-Дону, кризисный центр «Мамины руки»

«Мы съехались, и он понял, что я полностью от него завишу»

Я родом с Урала, в последнее время жила и работала в Ростовской области. Сейчас я в положении на шестом месяце. Ещё недавно у меня был молодой человек. Мы познакомились на работе, общались, начали встречаться. Всего через четыре месяца отношений я забеременела. У нас всё было хорошо, он предложил съехаться. Только тогда я узнала, что он пьёт и может поднять на меня руку. 

кризисные центры

Он хорошо работал, раньше я и представить не могла, что он выпивает по две бутылки водки в день. Бывало, что он звонил мне и говорил, что не сможет выйти на работу, потому что приболел. Я не думала, что это он напивался так. Из-за сильного токсикоза я ушла с работы уже в первом триместре. И вот когда мы съехались, он понял, что я полностью от него завишу, и решил больше не скрывать своё настоящее лицо. 

Когда он первый раз при мне он напился, то начал буянить, разгромил вещи в доме, но меня не трогал. Однако я уже тогда запереживала.

Я обратилась к подруге, мы стали думать, что можно сделать в этой ситуации. А ещё через месяц он снова сильно напился и избил меня. Когда он ушёл из дома, подруга меня забрала и перевезла к знакомому. С ребёнком всё обошлось, я не получила серьёзных травм, но синяки с тела сходили месяц. 

У друзей я прожила больше месяца, но постоянно оставаться у них нельзя. Идти мне некуда, поэтому единственный вариант — кризисная квартира. Про такие квартиры я знаю давно, ещё в родном городе слышала, в интернете читала. Но раньше не было необходимости туда обращаться.

Я быстро нашла телефон, позвонила, мне сказали, что я могу въехать в начале августа и остаться на полгода. В квартире, скорее всего, будут ещё такие же женщины с детьми. Когда я перееду, мне будут оказывать психологическую и юридическую поддержку.

«У меня всё ещё есть страх, что он найдёт меня» 

Пока я нахожусь у друзей, но мне уже передали от проекта «ТыНеОдна» Emer­gency box — сумку с вещами. Там было бельё, соска, шампунь, гель, мочалка и косметика. Такие предметы быта мне сейчас нужны, но денег на них нет. Но ещё важнее, что эта посылка позволила мне почувствовать себя нужной.

Сейчас я настроилась на переезд, успокоилась, потому что до этого я не знала, куда мне пойти. Из-за неизвестности я была сильно подавлена. После появления ребёнка нужно либо няню нанимать, чтобы я могла работать и копить деньги на жильё. Либо обращаться к бабушке. Она живёт в посёлке рядом с моим родным городом, но она уже старенькая, жильё у неё маленькое. Она против, чтобы я переезжала с ребёнком. Но можно попытаться её уговорить. У меня есть отец, но он пьёт, у него в доме постоянно собираются собутыльники, туда я даже не думаю с ребёнком ехать. 

Поначалу мой молодой человек хотел связаться со мной, звонил ночью пьяный, я блокировала его, он звонил с чужих номеров. Звонила его мать и просила вернуться. Но вот уже месяца полтора меня никто не беспокоит. Сейчас мы с ним не в одном городе, но он живёт недалеко. Кажется, он думает, что я вернулась в родной город. Но у меня всё ещё есть страх, что он найдёт меня. 

Фотография человека
Анна, 26 лет 

Иркутск, кризисный центр «Оберег»

«Он не выпускал меня из дома, не разрешал никому звонить»

С моим вторым мужем мы сошлись пару лет нет назад, от него я родила сына. А ещё у меня есть пятилетняя дочь. В начале отношений муж был хорошим, но в последний год стал употреблять наркотики, начал меня бить. Он не выпускал меня из дома, не разрешал никому звонить, забирал все деньги.

В итоге я вместе с детьми сбежала в кризисный центр «Оберег» чуть больше месяца назад. Я дождалась, когда мужа не будет дома, позвонила в центр и договорилась с администрацией, чтобы меня приняли. 

Узнать о центрах легко. У «Оберега» есть странички во всех социальных сетях, девочки, которые тут побывали, рассказывают знакомым. Но я сама узнала о нём давно от бабушки, она где-то брошюрку центра взяла. 

«В кризисном центре мне легко и комфортно, я ощущаю себя в безопасности»

Чтобы поселиться в центре, нужно было сдать анализы, пройти инфекциониста, сделать флюорографию. Сотрудники «Оберега» помогают это сделать. У центра есть правила проживания. Например, мы можем гулять, выходить куда-то только до 22:00, после этого времени центр закрывается на ночь. Все подопечные должны иметь все документы, но если чего-то нет, то сотрудник центра помогают оформить, восстановить. 

Ведь бывает так, что женщины приезжают без одежды, без денег, даже без паспорта.

В центре мы учимся, к нам приходят волонтёры, мы учим с ними английский язык, читаем книги, учим стихи. В комнатах обычно живут по две мамы с детьми, многодетным могут выделить и отдельную комнату. На первое время всем дают немного денег. Когда появляются новые девушки, то мы все первое время помогаем им обустроиться. Конфликтов у нас не бывает, все дружно живут. В кризисном центре мне легко и комфортно, я ощущаю себя в безопасности. И детям моим хорошо. В центре много ребятишек, им есть с кем поиграть, повеселиться на детской площадке.

Сотрудники у нас вообще замечательные люди, подскажут, если ты чего-то не понимаешь. Есть бесплатные юристы и психологи для взрослых и детей. У девочек разные истории: у кого-то суды, у кого-то долги. 

«Куда ещё обратиться, если ты родственникам даром не нужен?»

Муж пытался выходить на контакт, но я на это никак не реагирую. В центре мне рассказывают, что можно делать в таких ситуациях, как себя вести. Я готова к этому. Общаться с ним больше не планирую. Я хожу к психологу, чтобы всё это пережить и забыть. Уже сейчас мне стало легче.

Пока у нас проблемы, мы можем здесь находиться. Никто не озвучивает нам конкретных дат проживания. В центре я пробуду ещё некоторое время, мне нужно подкопить деньги, я получаю их с детских пособий. А ещё при помощи соцпедагога я встаю в очередь на квартиру. Замечательно, что люди придумали кризисные центры. Куда ещё обратиться, если ты родственникам даром не нужен? С детьми тебя никто не захочет к себе подселить.

Фотография человека
Ирина (имя героини изменено)

Московская область, центр «Китеж»

«Он говорил, что мы должны быть вместе ради ребёнка»

Я из Сибири, переехала в Москву около семи лет назад, потому что не видела в родном городе перспектив. В Москве я познакомилась с приятным и интересным мужчиной, влюбилась. Мне было 23 года, он был старше на 9 лет. У нас завязались отношения, мы стали вместе жить, потом расписались.

Он надолго уезжал на заработки в другой город, денег не особо присылал. Потом вернулся в Москву, стал работать в такси. Его почти никогда не было дома. А я работала на двух работах, чтобы оплатить съёмное жильё. Потом он уговорил меня взять кредит на машину, чтобы он мог больше зарабатывать. Я согласилась, а он потом спровоцировал конфликт, собрал свои вещи и сказал, что поживёт у друга. После его ухода я обнаружила, что беременна. Я рассказала мужу об этом и узнала, что у него, оказывается, есть другая женщина, с которой он уже давно параллельно строил отношения.

Я решила подать на развод. Он пару раз заявлял, что это не его ребёнок. Но мне уже было всё равно, я была намерена родить. Потом его подружка узнала, что я беременна, и выгнала его. Ему ничего не оставалось, как вернуться ко мне. Он говорил, что мы должны быть вместе ради ребёнка. Так мы и не развелись. Потом я узнала, что у него всё ещё была любовница, он с ней обсуждал мою беременность. Я так нервничала тогда. Я не понимала, что меня ждёт, когда я выйду из роддома. 

Я родила ребёнка в 2018 году, и первые месяцы после роддома стали адом. Он всё время на меня кричал, ругал за любые действия, оскорблял, мог толкнуть меня об шкаф. 

Когда ребёнку было 2 месяца, я кормила грудью и что-то сказала мужу. В ответ он ударил меня так, что отлетела с кровати. Хорошо, что смогла удержать ребёнка, ведь он был ещё совсем хрупкий.

Тогда встал вопрос безопасности ребёнка, и решила уйти от мужа, чтобы обезопасить себя и сына. Я сняла квартиру и уехала туда с ребёнком. Я нашла няню, решила выйти на работу. Но муж всё ещё приходил ко мне, мог ударить по лицу, толкнуть, отобрать и выкинуть телефон. 

Потом он уехал на заработки за границу, а когда вернулся, то предпринял попытку помириться. Я согласилась на это. Не знаю почему. После этого он стал меня жёстко контролировать. Я должна была отчитываться, где я и с кем, не могла задерживаться нигде. Мы договорились вместе ухаживать за ребёнком, чтобы два дня могла я работать, а два дня он. Но он с сыном практически не гулял, не играл. 

В один день он разозлился на меня, отказался сидеть с ребёнком, хотя была его очередь. Я ушла на работу, потому что думала, что он мной просто манипулирует. Но он принёс ребёнка в грязном памперсе в одеяле мне прямо на работу и ушёл. А вечером выгнал меня из дома. Я ночевала в подъезде, искала квартиру, куда смогу съехать с сыном. На следующий день он стал звонить и спрашивать, где я шляюсь. Когда я вернулась за сыном, он забрал мои документы, начал срывать с меня одежду, загнал меня в ванную, бил, кричал, что убьёт, потому что я где-то шляюсь. 

Он угрожал мне ножом, а потом поставил на колени, и стал срезать волосы под корень. Ребёнок ползал по полу, собирал эти волосы, а я даже кричать не могла. Потом он меня изнасиловал.

Утром он сказал: «Посмотри, до чего ты меня довела». Он обещал, что никогда больше не выпустит меня. Он уехал и закрыл квартиру на все замки. Я нашла маркер, написала записки «Помогите, вызовите полицию» и адрес квартиры. Я выкидывала эти записки в окно. Слава богу, что кто-то поднял и вызвал полицейских. Нас с сыном открыли, забрали в отдел. Долгая была история, но в итоге мужа не привлекли к ответственности. 

«Угрожал, если я не вернусь, то меня зарежут в лифте»

Месяц я скрывалась, купила парик, чтобы ходить на работу, но муж выслеживал, ломился в двери съёмной квартиры. Угрожал, если я не вернусь, то он наймёт таджиков и они зарежут меня в лифте. Я так боялась, у меня началась паранойя, я боялась заходить одна в подъезд. Мне было страшно, тогда я не знала, что есть кризисные центры, поэтому я подумала, что лучше вернуться. 

И всё это время шёл наш развод. Когда позвонили и сказали, что нас развели, это было в 2019 году, я взяла ребёнка, один чемодан и просто сбежала в другой город. Я оформила кредит и снимала квартиру. Полгода не выходила на связь с бывшим мужем, боялась отправить ребёнка в садик, боялась прикрепить его в поликлинику. И вот в марте 2020 года, как раз когда был карантин, он как-то меня нашёл. Он ворвался в квартиру, сломал ручку, но я вызвала полицию, они его выпроводили. Я неправильно тогда поступила, нужно было написать заявление на взлом. Но я тогда мыслила совсем иначе, у меня было сознание жертвы. 

Потом он появился снова. Он был спокоен, сказал, что хочет извиниться, починить сломанную дверь, предложил поехать в «Леруа Мерлен». Мы тогда встретились на улице, когда я гуляла с ребёнком. И я, дура, поверила, села к нему в машину. Он вывез нас в другую область, в деревню и закрыл дома. Карт, документов, телефонов у меня не было. Я сидела там почти полгода. Всё это время он бил меня и унижал, рвал одежду, протыкал обувь, запрещал есть определённую еду.

Потом он увидел, что я не пытаюсь убежать, и стал оставлять мне телефон, чтобы давать распоряжения, когда его нет дома. Я связалась с бывшей коллегой, рассказала, в какую ситуацию попала. Она пообещала помочь и нашла центр «Китеж».

Я позвонила туда, мне сказали, что мы с ребёнком можем приехать. Некоторое время не было возможности незаметно покинуть дом. А потом он начал проявлять агрессию к ребёнку. Когда я попыталась вступиться, он меня избил, порвал мои вещи и выгнал за ворота дома, запретил возвращаться и оставил сына у себя. С трудом передвигаясь я дошла до отдела полиции, куда идти мне подсказали прохожие. Я написала заявление, участковый мне очень помог. Если бы не он, возможно, и не дошло бы до возбуждения уголовного дела. Я попросила подержать бывшего мужа хотя бы час в отделении, чтобы мы с сыном смогли сбежать. В итоге его увезли, а я собрала вещи, взяла ребёнка и уехала в кризисный центр. 

«Бывшему супругу пришлось признать свою вину. Скоро суд»

На мужа завели уголовное дело по статье 115 «Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью» и статья 119 часть 1 «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью». Всё это произошло в июле 2020 года, но полицейские должны были сделать это ещё несколько лет назад. 

В кризисном центре я поначалу вообще не понимала, что со мной происходит, но потом поработала с психологами, пришла в себя. Но у меня начались проблемы со здоровьем. Столько времени я испытывала стресс, конечно, организм перестал выдерживать. Центр помог частично оплатить лечение, которое не проходит по ОМС, они покупали мне дорогие витамины. 

Я всё ждала, когда меня вызовут на допрос. Мне посоветовали нанять адвоката, мол, я не смогу отбиться одна. Тогда же я узнала про Консорциум женских неправительственных объединений, про Мари Давтян, про соосновательницу  «ТыНеОдна» Алёну Попову. Я нашла их в инстаграме, стала писать в личку и просить о помощи. Мне нашли адвоката. При грамотном подходе адвоката удалось сдвинуть следствие с мёртвой точки. Бывшему супругу пришлось признать свою вину. Скоро суд.

«Если бы я не попала в кризисный центр, он бы опять меня нашёл»

Сейчас я сменила локацию и нахожусь в другом городе, но всё ещё в кризисном центре. Я сейчас выхожу на работу. Всё начинает налаживаться. Вообще у центра есть ограничения по времени пребывания, я значительно превысила свой лимит здесь, но мне пошли навстречу, потому что непростая ситуация. Отдельно я очень благодарю директора центра «Китежа» за ту неоценимую помощь, которую она мне оказала. То, что такие люди есть, — настоящее чудо.

Огромное значение имеет та работа, которую в кризисном центре проводила со мной психолог. Она выслушивала меня, выясняла мотивы моего поведения, объясняла мне, почему так было, давала какие-то рекомендации, делилась материалами, которые я могу почитать. У меня формировалась картина происходящего. И вот постепенно, общаясь ещё с другими женщинами, я начала иначе смотреть на всю ситуацию. 

Если бы я не попала в кризисный центр, если бы у меня просто появились средства в очередной раз сбежать на съёмную квартиру, то ничего бы и не изменилось. Он бы опять меня нашёл, и всё бы продолжалось до того момента, пока он реально меня бы не убил. Важно не только помочь женщине найти безопасное место, но и помочь ей изменить сознание, чтобы такого больше не повторялось.

Окончила журфак МГУ, теперь изучаю политологию. Ищу интересных героев и рассказываю об их тяжёлом или вдохновляющем опыте, исследую жизнь в России. Хочу способствовать репрезентации женщин в различных сферах и разрушать стереотипы.

Авторизуйтесь

Для возможности добавлять комментарии

Авторизуясь, вы соглашаетесь с условиями пользовательского соглашения ➝ и политикой обработки персональных данных ➝

Ошибка соединения с сервером.