Знать
25 марта

«Выговорила всё, что хотела, и стало чуточку спокойнее»: девушки о том, как звонили на телефон психологической поддержки

Помощь специалистов может принести облегчение. Но не всегда.

Таня Тювилина
Таня Тювилина
Авторка «Горящей избы».

Службы психологической поддержки бесплатно оказывают помощь тем, кто по какой-то причине не может обратиться к частному психотерапевту. Достаточно набрать номер телефона доверия и рассказать о своих тревогах оператору. Девушки, оказавшиеся в кризисных ситуациях, поделились своим опытом и рассказали, помогли ли им специалисты.

«После разговора чувство одиночества усилилось»

Диана, 21 год (имя героини изменено по её просьбе) 

О телефоне доверия я узнала ещё лет в 14, нашла номер крупной службы в интернете. Тогда это казалось не особо нужным и полезным.

Однако к такой помощи я прибегала дважды. Два года назад мы с братом стали постоянно ругаться, иногда доходило до рукоприкладства. После очередной нашей ссоры я решила позвонить. Хотелось, чтобы меня успокоили и поддержали. Уже не помню точно, о чём мы разговаривали со специалисткой, но женщина на другом конце провода помогла мне. Мы проговорили полтора часа, и она меня успокоила. 

Спустя несколько дней после начала «спецоперации» я поняла, что не справляюсь с новостями о происходящем в мире. Приехала домой после работы, почувствовала сильное одиночество и панику. Даже возникли суицидальные мысли. Я боялась причинить себе вред. 

Друзьям звонить я и не думала: они тоже сейчас в подавленном состоянии. Не хотелось взваливать на них ещё и свои переживания — это тяжёлый груз. С родными я вообще стараюсь не обсуждать новости. Поэтому я и решила обратиться в службу доверия. 

Я дозвонилась быстро, долго ждать не пришлось. Судя по голосу, мне ответила женщина средних лет. Она сразу начала называть меня солнышком, но это не возымело никакого положительного эффекта. Скорее, наоборот оттолкнуло. К тому же, когда человек звонит на номер телефона доверия, он обращается за помощью анонимно. Но она спрашивала, откуда я, как меня зовут и сколько мне лет, что тоже добавило дискомфорта. А ещё у неё был отстранённый тон. Понятно, что я не первая, кто звонит, но я совершенно не чувствовала какого-то желания мне помочь. 

Начать разговор было нетрудно. Я описала своё эмоциональное состояние. Говорила, что из-за сложной ситуации в мире начинаю сходить с ума. Я находилась в квартире одна и ни к кому не могла обратиться за помощью. В общем, откровенно и честно поделилась тем, что чувствую. Тогда эта женщина сказала: «мы все приходим в этот мир одни и умираем одни». Это было не то, что я ожидала услышать от психолога.

Её слова оттолкнули меня, поэтому я вежливо поблагодарила специалиста и сказала, что эта помощь мне не подходит. Наш разговор продлился не больше 10 минут. 

После разговора чувство одиночества усилилось. Я начала обзванивать другие службы, но никто так и не взял трубку. Моя тревожность разрасталась, поэтому в конечном счёте всё же пришлось идти за помощью к близким. Я расплакалась, и меня смог успокоить только мой молодой человек. 

Я считаю, что мне просто не повезло. Ведь первый опыт обращения в службу психологической поддержки был положительным. Если вдруг я окажусь в критической ситуации, то снова позвоню. И надеюсь, мне попадётся более компетентный специалист.

«Мне просто нужно поговорить с кем-то, чтобы успокоиться»

Настя, 27 лет 

Я давно знаю про телефоны психологической поддержки: видела рекламу то ли по телевизору, то ли в интернете. Но раньше мне казалось, что это бесполезно и ничего конструктивного незнакомый человек сказать не сможет. 

Но два года назад я решилась позвонить. Тогда я столкнулась с домашним насилием. Раньше у меня случались стычки с отцом, но это не заканчивалось серьёзными последствиями. Разве что могли остаться синяки. Но в один вечер он начал душить меня, и я потеряла сознание. 

Всё это происходило на глазах у других членов в семьи, но меня никто не защитил. Наоборот, сказали, что я сама спровоцировала отца. Я не получила никакой поддержки. В тот момент хотелось, чтобы кто-то выслушал меня и поделился мнением со стороны. К тому же, когда выговариваешь всё, что у тебя душе, ты так или иначе успокаиваешься и начинаешь более рационально мыслить.

Обратиться к своей психологине я не могла — всё происходило ночью. Но я вспомнила, что она посоветовала мне в случае кризисных ситуаций позвонить на номер телефона доверия. Это я и сделала. Конечно, были сомнения: неизвестно, что там за специалист, какое у него образование и какие взгляды на домашнее насилие. Было страшно опять услышать обвинения в свою сторону. 

Трубку взяли очень быстро, и я услышала мужской голос. Мне не хотелось разговаривать с мужчиной о домашнем насилии. Казалось, что он не поймёт меня в полной мере. Поэтому я дрожащим голосом начала просить его переключить меня на оператора-женщину. Он не стал давить и выполнил мою просьбу. 

Трудностей в разговоре с женщиной-оператором не возникло. Я сразу сказала, что мне просто нужно поговорить с кем-то, чтобы успокоиться. 

Специалистка оказалась милой и деликатной. Она сочувствовала мне и поддерживала меня. Сказала, что я не виновата и ответственность полностью лежит на нападавшем. В общем, полностью встала на мою сторону. Она спрашивала, хочу ли я вызвать полицию и нужна ли мне в этом помощь. Меня никто не торопил, в итоге мы поговорили минут двадцать. Благодаря этому звонку я более-менее смогла прийти в себя. 

После я почувствовала облегчение. Выговорила всё, что хотела, и мне стало чуточку спокойнее. Конечно, один звонок не решил всех моих проблем, но свою основную задачу он выполнил. 

Разговор по телефону доверия я позже затронула на сессии со своей терапевткой. Темы, которые мы обсудили с той женщиной, стали основой для рассуждений и в дальнейшем помогли мне сепарироваться от родителей. Поэтому, если вдруг я окажусь в безвыходной ситуации и никто не сможет меня поддержать, я обращусь за помощью ещё раз.

«Предположил, что у меня биполярное расстройство, и мне нужны препараты»

Нина, 32 года

Не помню, когда я узнала о телефонах доверия. Скорее всего, увидела рекламу по телевизору, ещё когда была школьницей. 

В детстве меня часто игнорировали, даже когда я болела, оскорбляли, ограничивали в еде, потому что считали, что я склонна к полноте. Я боялась родителей, потому что прилететь могло за что угодно. Если я упала и испачкала одежду, домой можно было не приходить. С возрастом это переросло в комплексное ПТСР. Сейчас если я не высплюсь или плохо поем, то потом чувствую себя никчёмной.

Около двух месяцев назад я поругалась с молодым человеком. После ссоры меня так сильно переполняло чувство вины, что дальнейшее существование казалось невозможным. Подобные мысли возникали и раньше. Я старалась либо справляться сама, либо прибегать к помощи психотерапевтки. В тот день я не могла с ней связаться, поэтому решила позвонить на номер телефона доверия. Считала, что это единственный выход. 

Я искренне надеялась, что мне помогут. Однако дозвониться оказалось не так легко, как я думала. Большинство номеров из гугла оказались недоступны. Либо просто шли гудки и никто не поднимал трубку. В конце концов я дозвонилась до службы доверия из другого города. 

К этому моменту я уже с трудом могла сформулировать свой запрос. Поэтому просто в общих чертах описала, что чувствую прямо сейчас. Сказала, что трудно справиться со стыдом и отвращением к себе. 

Специалист оказался не особо вовлечён в разговор. Он велел мне обратиться в психоневрологический диспансер. Предположил, что у меня биполярное расстройство и мне нужны препараты. Хотя похожих симптомов у меня нет, как и показаний к приёму медикаментов. Больше никакой помощи он мне не оказал и даже толком не выслушал. Мне пожелали хорошего настроения, и на этом мы попрощались. 

После звонка было чувство, будто мои переживания обесценили. К счастью, я всё же смогла успокоиться самостоятельно. Но в голову сразу же полезли мысли о подростках, о пострадавших насилия, о наркозависимых, о людях, которые находятся в реально безвыходных ситуациях. Непонятно, смогут ли они дозвониться до этой службы и какую помощь в итоге получат. 

«Сначала говорила по придуманному сценарию, но потом слова полились сами»

Алиса, 22 года (имя героини изменено по её просьбе) 

О телефоне доверия я узнала давно из зарубежных сериалов. Стало интересно, есть ли подобное в России, поэтому я погуглила на будущее. 

У меня сложные отношения с родителями, мы часто ссоримся. Неделю назад я спросила, заслужила ли на день рождения новый телефон. Они ответили отрицательно и спросили, с чего вдруг я вообще собиралась услышать «да». Также сказали, что я не достойна всего, что имею. После этих слов я расплакалась, и меня обвинили в излишней эмоциональности. Казалось, что родным плевать на мои чувства, хотя я всегда всё делаю по их указке. 

Мне хотелось поскорее успокоиться. Подумала, что станет легче, если кто-то выслушает меня и хотя бы скажет что-то банальное вроде «ты со всем справишься». Я стараюсь не делиться проблемами с друзьями, потому что не хочу грузить их переживаниями. Поэтому я нашла нужный номер в интернете. 

Немного волновалась перед звонком. Я заранее продумала речь и темы, на которые собиралась разговаривать, составила в голове план.

Дозвониться я смогла со второго раза. Сначала говорила по придуманному сценарию, но потом слова полились сами. Оператор вначале разговора был пассивным и просто слушал меня. Затем задавал уточняющие вопросы о наших отношениях с родителями, о последней ссоре, о моём самочувствии. Спросил, не ходила ли я к психотерапевту или психологу. Он не поддерживал только меня или моих родителей и до конца придерживался нейтралитета. 

Когда я высказалась, он рекомендовал мне обратиться в клинику на групповую психотерапию. Сказал, там за две недели приведут меня в порядок. Возникло ощущение, будто меня заставляют идти в медучреждение. Я не считаю, что мою проблему с родителями можно решить походом к врачу.

Однако я перестала плакать. Я выговорилась, и стало лучше. Если вдруг подобное произойдёт снова, я позвоню на номер телефона доверия. Ведь специалисты могут выслушать, не перебивая, — а иногда достаточно и этого.

Обложка: Аника Турчан