В 2024 году анонимная девушка обвинила семерых студентов Корнеллского университета в групповом сексуализированном насилии. Уголовное дело на юношей так и не завели, а самым жёстким наказанием для некоторых стало написание эссе. Спустя почти два года эту историю вспомнили: студенты вышли на протесты, а женщины со всего мира начали честно рассказывать о пережитом сексуализированном насилии — так появилась акция #IAmJaneDoe, наследница #MeToo. Разбираемся в этом явлении и вместе с экспертами Центра «Сёстры» и Консорциума женских НПО рассказываем, что делать пострадавшим от насилия.
«Бесплатная киска». Что за дело «Корнеллской семёрки»
В США начало осеннего семестра в университетах прозвали «красной зоной». В это время студенческие братства и сестринства, бары за пределами кампусов устраивают вечеринки в честь возвращения к учёбе. «Красной зоной» это всё называется не из-за бурного веселья, а из-за возрастающей опасности: более 50% случаев сексуализированного насилия в колледжах происходят в течение именно этих 6–10 недель, The Guardian.
В 2024 году в этот период одна 20-летняя студентка Корнеллского университета подверглась групповому изнасилованию со стороны участников студенческого братства Chi Phi, согласно её заявлению. Настоящее имя девушки держат в тайне от общественности — она стала известна под псевдонимом Джейн Доу. Вот как проходил тот вечер, судя по её словам, текстовым сообщениям и материалам расследования.
Вечером 19 октября 2024 года Доу в доме своего сестринства. После вместе с наставницей решила продолжить вечер в баре, где вновь употребляла алкоголь. В 23:00 она одна пошла на встречу с другом в дом братства Chi Phi. Он ей вступить в сексуальный контакт вместе с ним и ещё одним студентом — против этого предложения Доу, по её словам, «не возражала». Однако ситуация быстро вышла из-под контроля, пострадавшая.
Ближе к двум ночи один из парней в группу братства на более чем 50 человек сообщение о том, что наверху есть «бесплатная киска». Один из участников беседы спросил: «Лавочка всё ещё открыта?» — на что получил утвердительный ответ.
На протяжении ночи Доу, по её , употребляла наркотики сначала по собственному желанию, а после — по принуждению. Она отметила, что её склоняли к употреблению до тех пор, пока она «полностью не потеряла дееспособность». После этого её стали принуждать к интиму. Она не помнит, сколько парней занялись с ней сексом в ту ночь. По её словам, параллельно с сексуализированным насилием её «били очень, очень сильно».
«Мне стало крайне не по себе от того, как разворачивалась эта ночь, и я подумала: если я снова приму кетамин, может быть, я отключусь. Я рассудила, что если потеряю сознание, а эти парни займутся со мной сексом, то тогда их уже можно будет привлечь к ответственности за изнасилование».
Девушка описала, как пряталась под одеялом на кровати, пока в комнату заходили всё новые и новые мужчины. Она чувствовала себя «загнанной в угол» и не понимала, что происходит. Около 05:45 Доу потеряла сознание, говорится в иске.
Она в дом сестринства Tri Delta к 11 утра и рассказала соседкам, что употребляла наркотики и занималась сексом с несколькими мужчинами. Одна из соседок следователям, что Доу тогда не использовала слова «изнасилование» или «нападение». По словам другой, Доу шокированной и вряд ли понимала «всю тяжесть того, о чём говорит».
На следующий день потерпевшая сказала своей наставнице, что о ней ходят слухи, будто она «ш**ха». Доу со смехом добавила: «К сожалению, это правда».
Только спустя несколько дней девушка стала оценивать происходящее с другой перспективы. Примерно через неделю после случившегося Джейн Доу сидела на форуме о жизни студенческих сообществ кампуса и в ветке, посвящённой Chi Phi, увидела комментарии об изнасиловании. Один пользователь , что члены братства устроили «гэнг бэнг». Другой : «Они накачали и изнасиловали второкурсницу. Об этом надо сообщить».
«Тогда я впервые увидела смену нарратива: я не ш**ха, а подверглась насилию».
Примерно в то же время, как следует из документов, соседка по комнате слышала, как Доу говорила одному из парней: «У тебя был со мной проникающий секс. Я приняла столько кетамина, что у меня глаза косили, а ты всё равно спал со мной».
Если до «смены нарратива» Доу парню, пригласившему её в дом братства, что «ничто, касающееся секса, не было незаконным», то уже 3 ноября она сообщение: «Давайте проясним: 90% того, что произошло той ночью, было не по согласию». В другом сообщении она , что «чувствовала себя секс-куклой/работницей».
Когда агрессор является знакомым, другом, родственником, возникает особенно сложная ситуация. Человеку приходится одновременно удерживать в голове две вещи. С одной стороны: «Я знаю этого человека хорошим». С другой: «Этот человек совершил насилие». Эти факты могут вызывать когнитивный диссонанс на индивидуальном уровне. Отрицание или минимизация происходящего могут выполнять защитную функцию и позволять человеку сохранить привычную картину мира, избежать болезненного столкновения с последствиями происходящего.
Спустя более двух недель после произошедшего Доу прошла судмедэкспертизу, однако следы ДНК мужчин уже были утрачены. На следующий день после снятия следов сексуализированного насилия Доу в полицейское управление Корнеллского университета, чтобы заявить о групповом изнасиловании. На допросе со следователем подробно изложила свои обвинения, где подчеркнула, что «может со 100%-ной уверенностью утверждать», что её изнасиловали. При этом она разграничила изначальную близость с двумя парнями и то, что произошло позже.
В итоге расследование внутренней проверкой Корнелла. Лишь двое из причастных парней были отчислены из университета. Остальным пяти разрешили вернуться к учёбе: некоторых лишь временно отстранили или обязали посетить воспитательный тренинг.
Кроме того, обвиняемых в качестве наказания обязали написать эссе.
Сама Доу, по словам её адвоката, после случившегося бросила учёбу.
«Корнелл не расскажет, а мы — да». Как неравнодушные люди помогли возобновить расследование
В 2026 году, спустя почти два года после той ночи, из-за которой проводилось первоначальное расследование, Доу гражданский иск против тех же семерых мужчин, самого братства Chi Phi, Корнеллского университета и других причастных. Её история получила широкую огласку благодаря неравнодушным студентам Корнелла.
Журналисты The Cornell Daily Sun выпустили «Корнелл не расскажет, а мы — да» (Cornell Won’t, We Will). В ней назвали имена семерых мужчин, фигурирующих в иске: Мэттью Ингаллс, Джонатан Ньюэлл, Уинстон Ли, Джиллио Лопес, Диего Сарабия, Скотт Норрис и Скотт Кретцшмар. Издание также потребовало университет объяснить, как проходило расследование. После тысяча студентов, преподавателей и местных жителей на митинг в поддержку Джейн Доу. Так о ситуации узнали и федеральные СМИ.
28 сентября 2026 года Мэттью Ван Хаутен, окружной прокурор округа Томпкинс, , что расследование возобновлено. В 2024 году он же не стал выдвигать уголовных обвинений против «Корнеллской семёрки», потому что счёл поведение Доу добровольным. Оказалось, что на то была причина.
В 2024 году Ван Хаутену, по его словам, не полную стенограмму допроса Джейн Доу. В урезанную версию не попали её заявления о «100%-ной уверенности» в факте изнасилования.
Губернаторка штата Нью-Йорк Кэти Хокул , что Доу «подвели» люди, которые изначально должны были её защищать. Хокул отстранила Хаутена и назначила вместо него генеральную прокурорку штата Летицию Джеймс.
«Эта молодая женщина уже пережила нечто абсолютно неописуемое. А затем на каждом шагу её подводили люди и организации, которые были обязаны её защищать».
«Угрозы в соцсетях». Почему важна анонимность Джейн Доу
Ни в одном официальном источнике не фигурировало настоящее имя пострадавшей девушки. Согласно штата Нью-Йорк, где находится Корнелл, люди могут анонимно обращаться в суд по делам о сексуализированном насилии. Однако некоторые всё-таки попытались выяснить имя Джейн Доу.
Особенно выделился независимый журналист Майкл Трейси. В публичном поле он активнее всех пытался идентифицировать девушку, это «журналисткой добросовестностью». Как Reuters, Трейси «выразил сочувствие обвиняемым мужчинам из-за травли». Ранее он же ставил под сомнение показания потерпевших от действий Джеффри Эпштейна.
«Посмотрим, хватит ли у кого-нибудь яиц назвать эту Джейн Доу, чтобы мы все могли оценить её правдивость и правдивость её адвокатов, раз уж в своём иске она без колебаний пригвоздила семерых своих сверстников к доске позора как групповых насильников».
В итоге Трейси имя, которое, по его мнению, принадлежит Джейн Доу. Но вскоре удалил публикацию, отметив, что его цель достигнута. Дополнительно он попросил пользователей не травить ни девушку, ни её семью.
Только, кажется, это не помогло. Адвокат Джейн Доу Томас Джуффра , что она всё-таки стала получать угрозы в соцсетях и из-за этого чувствует себя только хуже.
Для многих пострадавших анонимность — условие, без которого они вообще не решатся рассказать о случившемся. Сексуализированное насилие по-прежнему окружено стигмой. Женщине часто приходится выслушивать не сочувствие, а вопросы о том, как она была одета и зачем пошла в гости.
Публичное раскрытие имени несёт реальные риски, в том числе это могут быть:
- Повторная травматизация — обсуждение в соцсетях, комментарии и «разборы» её поведения заставляют снова и снова переживать случившееся.
- Давление и угрозы — со стороны обидчика, его родственников и окружения, а также риск преследования и попыток заставить отказаться от заявления.
- Негативные последствия в учёбе, работе, семье вплоть до вынужденного переезда.
- Утечка интимных подробностей — попав в сеть, информация остаётся там навсегда. Решение о публичности должна принимать только сама пострадавшая — добровольно и осознанно. Никто — ни журналисты, ни активисты, ни следствие — не вправе её к этому подталкивать.
- Юридические риски — если до приговора суда пострадавшая публично называет обидчика преступником, он может подать против неё иск о защите чести и достоинства (ст. 152 ГК РФ) или заявление о клевете (ст. 128.1 УК РФ). Пока нет вступившего в силу приговора, действует презумпция невиновности. Поэтому до выхода в публичное поле я всегда советую проконсультироваться с юристом: важно правильно сформулировать свой рассказ.
Согласно российскому законодотельству, девушка, заявившая о сексуализированном насилии, имеет право оставаться анонимной.
Какие есть уровни защиты анонимности в уголовном процессе в России
«Вам нужны имена? В иске их целых семь». Как появился флешмоб #IAmJaneDoe
Вопрос анонимности в таких чувствительных вопросах уже не раз поднимался раньше. Например, такой случай был в сериале «Половое воспитание», когда по сюжету в школьный чат слили интимное фото одной из учениц. Тогда директор пригрозил отменить бал, если владелица снимка не сознается. Это было откровенное фото вульвы Оливии Ханван — одной из участниц местной популярной компании «Неприкасаемых». Школьница не признавалась в том, что фото её, потому что боялась публичного осуждения. Тогда бунтарка Мэйв Уайли встала перед полным залом и громко заявила: «Это моя вагина на фото». После этого другие ученицы начали по очереди вставать и повторять то же самое в знак солидарности. Так они спасли Оливию от буллинга и проявили женскую солидарность.
Threads*
Как в «Половом воспитании» ученицы решили защитить Оливию, так и в ситуации с «Корнеллской семёркой» десятки тысяч женщин выразили поддержку Джейн Доу. И под хештегом #IAmJaneDoe стали рассказывать о том, что тоже пережили домогательства и сексуализированное насилие. Тем самым они показали, что с таким может столкнуться каждая вне зависимости от того, что на ней было надето и сколько ей было лет.
В соцсетях завирусился ролик, где громко произносятся слова: «И люди хотят знать её чёртово имя? Да что с вами не так? Её зовут Джейн Доу! <…> Вам нужны имена? В иске их целых семь!» Аудио стало лозунгом акции #IAmJaneDoe.
История Джейн Доу привлекла внимание и публичных личностей. Актриса Флоренс Пью назвала случившееся «чудовищным актом» и обратила внимание на то, что подобные преступления уже случались и могут повториться.
«Именно сейчас нам нужно, чтобы наши мужчины были так же потрясены и возмущены, как и мы. Вы должны так же активно, как и мы, инициировать дискуссии о том, как изменить отношение к такому поведению и положить конец его попустительству. Как вы можете ожидать, что мы поверим в аргумент, что „не все мужчины такие“, если в такие моменты многие из вас молчат?»
Бывший сценарист «Южного Парка» Тоби Мортон сайт, где собрал информацию о «Корнеллской семёрке» и утверждения Джейн Доу. Судя по дизайну сайта, в будущем планируется разместить и фото семерых парней. Певица Пэрис Палома, особенно известная благодаря своей песне Labour, в соцсетях: «Мужчины и юноши в 230 раз чаще становятся жертвами изнасилования, чем ложно обвиняются в нём. Так почему же мужчины раз за разом не привлекают насильников к ответственности?»
Российская модель Рената «Ри» Валлиулина заявила, что в детстве подвергалась грумингу и сексуализированному насилию и молчала об этом более 10 лет. Только история о Джейн Доу сподвигла её на откровенный рассказ. «Мне было стыдно, и я винила себя. Я убедила себя в том, что всё в порядке и мне просто нужно продолжать жить с этим дальше», — написала она в соцсетях.
Флешмоб напоминает акцию 2017 года #MeToo, когда тысячи женщин впервые о домогательствах или насилии, тем самым показав, насколько это одновременно распространённая и стигматизированная проблема. Тогда поводом стали многочисленные обвинения в харассменте голливудского продюсера Харви Вайнштейна.
Проблема насилия и женский опыт стали освещаться шире в период кампании и движения #MeToo (2017 год) и социальной акции #яНеБоюсьСказать (2016 год) в русскоязычном пространстве. Одним из важных эффектов #MeToo стало преодоление этого молчания: множество людей получили возможность публично рассказать о пережитом, увидеть, что их опыт не уникален.
Такие массовые явления позволяют менять общественное представление о проблеме, делать видимым его масштаб, создавать давление на институты. Но #MeToo одновременно показало, что самого факта рассказа недостаточно. Важно не только дать человеку возможность говорить, но и создать условия, в которых его действительно услышат.
Threads*
Последние годы наблюдается спад внимания к проблеме насилия, который фиксируют учёные и исследовательницы. Согласно совсем свежему , вышедшему в апреле 2026 года, освещение насилия в отношении женщин и девочек в новостях сократилось до самого низкого уровня за последние годы. Исследование основано на анализе более 1,14 миллиарда новостных статей, опубликованных в интернете в период с 2017 по 2025 год. Оно изучает, как часто мировые СМИ сообщали о насилии в отношении женщин и девочек на цифровых платформах.
Главный урок #MeToo заключается не только в том, что людям надо дать возможность говорить. Не менее важно не позволять проблеме снова исчезать из общественного поля после периода повышенного внимания.
Иначе возникает цикл: насилие становится видимым, общество реагирует, а затем внимание постепенно угасает. Сама проблема никуда не исчезает. Сегодня это особенно существенно, поскольку гендерное насилие остаётся одним из наиболее распространённых видов нарушения прав человека, а также наблюдается рост насилия с применением цифровых технологий.
«И вот это повторяется». Как происходящее говорит о провале #MeToo
Почти 10 лет спустя после акции #MeToo обществу вновь потребовалось говорить о насилии и напоминать о том, что заниматься сексом без активного согласия — ненормально.
Акцию «Я Джейн Доу» можно воспринимать как переосмысление провала движения #MeToo, Лиза Уэйд, профессорка Тулейнского университета и авторка книги «Американский секс на одну ночь: новая культура секса на кампусе». Тогда девушкам обещали «час расплаты», но в итоге общество вновь пришло к маносфере и токсичным инфлюенсерам-мужчинам, из-за чего женщины не чувствуют себя в безопасности.
«#MeToo произошло, но всем было всё равно. И вот это повторяется».
В 2025 году, после выхода сериала «Переходный возраст», в мире стали говорить о маносфере — сети онлайн-сообществ, где распространяют взгляды о превосходстве мужчин, ненависти к женщинам и социальным меньшинствам. В некоторых «пикаперских» группах мужчин напрямую призывали к сексуализированному насилию. Недавно в русскоязычном пространстве стали говорить о женоненавистническом сообществе «Несущий свет», где мужчин учат принуждать женщин к сексу. Сейчас материалы сообщества прокуратура и МВД.
Дело Джейн Доу показало то, что многие парни могут не совершать насилие, а быть в числе молчаливых наблюдателей. Ни один из более чем 50 парней, состоявших в чате братства, узнав о «бесплатной киске», не запротестовал и не сообщил в полицию о происходящем.
Реакция на сообщение о насилии формируется под влиянием социальных норм, принятых в обществе и в отдельных социальных группах. Если в окружении нормализовано снисходительное, уничижительное отношение к женщинам и девочкам, человеку может быть гораздо легче присоединяться и разделять дискриминирующие взгляды, чем встать на сторону тех, кому был причинён вред.
Но здесь важно оговориться, что все возможные объяснения никоим образом не снимают ответственности с тех, кто выбирает молчать, игнорировать факты. Реакции недоверия, сомнения, избегания информации о насилии далеко не безвредны. Они оказывают значительное негативное влияние на пострадавших, на их состояние и возможности для восстановления и сами по себе могут стать отдельным новым источником травматизации.
Однако какие-то позитивные изменения с 2017 года всё-таки заметны. Аманда Уолш, работающая в Юридическом центре по правам жертв, , что зумерки испытывают гораздо меньше внутреннего стыда за пережитое насилие по сравнению с предыдущими поколениями. Фокус дискуссии смещается с поведения и внешнего вида пострадавших на разбор действий причастных мужчин.
Threads*
«Я всегда восхищаюсь тем, как сильно они концентрируются на действиях человека, причинившего им вред, вместо того чтобы спрашивать себя: „Что я могла сделать иначе? Почему это произошло именно со мной?“»
«Травма преданного доверия». Что делать девушкам, пережившим насилие
Последствия насилия, их тяжесть и длительность, влияние на жизнь индивидуальны, поэтому здесь не может быть речи о единственно верном, «правильном» способе справиться. Не всегда у переживших сексуализированное насилие возникает потребность обратиться за помощью к близким или специалисту. В некоторых случаях может быть вполне достаточно самопомощи. К тому же обращение за помощью само по себе требует сил, ресурсов и готовности эту помощь принять — этого может и не быть сразу после случившегося или продолжительное время после.
Часто травма сексуализированного насилия напрямую связана с травмой преданного доверия. Насилие может пошатнуть наше базовое доверие к окружающему миру, к людям и нарушить наше представление о мире как о безопасном месте, что само по себе затрудняет возможность обращаться за помощью и поддержкой. Работа с последствиями насилия требует большого количества сил. И только сам человек способен оценить, готов ли он к такой работе прямо сейчас.
Если насилие произошло недавно, то алгоритм действий может быть следующим.
- Сразу сообщить в полицию. Лучше всего позвонить по 112 или 102 прямо с места происшествия либо прийти в отдел и написать заявление. Затягивать с обращением нельзя.
- При необходимости обратиться в скорую или травмпункт. Если есть угроза жизни или здоровью, нужно сразу вызвать скорую (103 или 112) или ехать в травмпункт. Также в травмпункт можно обратиться самостоятельно, если полиция неправомерно отказалась принять заявление. Врачи зафиксируют повреждения, а медицинская организация сама обязана сообщить в полицию (ст. 13 Федерального закона № 323-ФЗ, приказ Минздрава России от 24.06.2021 № 565н).
- Сохранить следы. Нельзя принимать душ, стирать одежду и бельё. Если одежду приходится сменить, её нужно упаковать в бумажный пакет или коробку. Сохранить переписку, звонки, геолокацию, записать имена возможных свидетелей. Как можно раньше записать для себя всё, что помнишь, с датой и временем.
- Написать заявление. По вызову полиция обязана выехать и принять заявление, в том числе устное, и зарегистрировать его в Книге учёта сообщений о преступлениях (КУСП). Номер регистрации можно узнать по телефону в дежурной части отдела. При личном обращении в отдел выдаётся талон-уведомление о регистрации, его нужно сохранить. Заявление можно подать в любой отдел: его передадут по месту совершения преступления. Сотрудники обязаны взять подробные объяснения. Стоит записать их Ф. И. О., должности и служебные телефоны.
- Пройти медицинское освидетельствование по направлению полиции. Полиция обязана выдать направление на медицинское освидетельствование. Врач-гинеколог проводит осмотр, берёт мазки, смывы и соскобы, фиксирует все телесные повреждения. Важно обратить внимание врача на следы, оставленные преступником, и проследить, чтобы все повреждения были отражены в медицинской документации. Потерпевшая вправе получить копию медицинской карты, подав письменное заявление на имя главного врача. Также нельзя упустить время для экстренной профилактики ВИЧ — её начинают в первые часы, не позднее 72 часов — и экстренной контрацепции. Биологические следы лучше всего обнаруживаются в первые 72 часа. Если прошло больше времени, обращаться всё равно стоит: даже поздний осмотр может что-то зафиксировать.
- Обратиться за поддержкой. Это может быть близкий человек, психолог, кризисный центр, юрист. Не нужно проходить через всё одной.
Подать заявление можно, даже если насилие произошло давно. Ограничение одно — срок давности привлечения к уголовной ответственности, который в случае изнасилования и насильственных действий сексуализированного характера составляет 10 лет.
Отсутствие медицинских документов не означает, что доказать ничего нельзя.
Доказательствами могут стать показания самой пострадавшей, свидетели, которым она рассказывала о случившемся, переписка, сообщения, записи, дневники, обращения к врачам или психологам в тот период, заключение психологической экспертизы, показания других пострадавших от того же человека.
Шансы на возбуждение дела и обвинительный приговор в таких случаях ниже, поэтому особенно важна помощь юриста, который поможет собрать доказательства и грамотно составить заявление.
По изнасилованию и насильственным действиям сексуализированного характера без отягчающих обстоятельств дело возбуждается только по заявлению потерпевшей. Если дело возбуждено, прекратить его «за примирением» уже нельзя.
Пострадавшие могут столкнуться с отказом или уклонением от приёма заявления, попытками отговорить, затянутыми проверками и многократными отказами в возбуждении дела, в том числе «за отсутствием состава». Иногда представители правоохранительных органов могут обвинять пострадавшую, задавать ей некорректные вопросы о поведении и личной жизни.
В нашей практике до сих пор встречаются случаи, когда полиция отказывается принимать заявления об изнасиловании в браке, руководствуясь мифом, что «в браке насилия не бывает». Закон таких исключений не делает: ст. 131 и 132 УК РФ защищают любую женщину, в том числе от собственного мужа.
Если в возбуждении дела отказали, то следователь обязан уведомить об этом заявительницу. Если уведомления нет, стоит письменно потребовать ознакомить с постановлением и выдать его копию. Постановление об отказе направляется прокурору, который может отменить его сам. Также отказ можно обжаловать руководителю следственного органа, прокурору или в суде.
Куда девушки в России могут обратиться за помощью в случае сексуализированного насилия
Консорциум женских НПО
Консорциум женских НПО работает с 1993 года. С 2017 года при нём действует Центр защиты пострадавших от домашнего насилия, который оказывает бесплатную юридическую помощь по всей России. В 2025 году Консорциум провёл 1 648 юридических консультаций, из которых 129 обращений касались сексуализированного насилия. Девушки могут получить бесплатную юридическую консультацию, помощь в подготовке документов, сопровождение дела адвокатом на всех стадиях, а также обжалование незаконных отказов и бездействия полиции и следствия.
С какими запросами можно обратиться в Консорциум
Центр «Сёстры»
Центр «Сёстры» — неправительственная и некоммерческая организация, работающая в Москве с 1994 года. Оказывает бесплатную и анонимную помощь пережившим сексуализированное насилие и их близким, а также занимается просветительской деятельностью.
В каких случаях можно обратиться в Центр
По словам специалистки Центра Анны Богомоловой, между самим опытом насилия и осознанием пережитого как насилия лежит колоссальная внутренняя работа, которая требует сил, ресурсов, информации и поддержки. Этот процесс для каждой пережившей крайне индивидуален и может разворачиваться в течение времени: от нескольких часов до нескольких десятилетий. Это одна из значимых частей работы Центра — сопровождать человека в этом процессе, в том числе и для того, чтобы вместе разобраться в произошедшем.
* Деятельность Meta Platforms Inc. и принадлежащих ей социальных сетей Facebook, Threads и Instagram запрещена на территории РФ.
Станьте первым, кто оставит комментарий